«Вторжение» СССР в Бельгию в 1989 г: что это на самом деле было?

"Реальность - это галлюцинация, вызванная недостатком алкоголя в крови." Уинстон Черчилль ©

«Вторжение» СССР в Бельгию в 1989 г: что это на самом деле было?

«Вторжение» СССР в Бельгию в 1989 г: что это на самом деле было

Простой контрольный полёт, в который полковник Николай Скуридин отправился в июле 1989 года на МиГ-23М, вошёл в историю боевой авиации как один из самых уникальных. Уже на первой минуте истребитель оказался без пилота и даже несмотря на это умудрился пролететь почти тысячу километров, попутно переполошив половину военных НАТО.

528-й час комом

4 июля 1989 года для полковника Скуридина было первым лётным днём после отпуска. Отдохнувший авиатор, хоть и служил начальником политотдела 239-й истребительной авиационной дивизии в Северной группе войск, по правилам должен был выполнить несколько полётов для восстановления навыков управления техникой. Непосредственно перед злополучным вылетом он успел порулить учебной машиной, после чего ему предстояло вести боевой МиГ-23М.

В первый раз всё прошло гладко. Впрочем, ни отход Николая Егоровича от работы в небе, ни временная отлучка из части и так ни у кого не вызывали опасений – он был опытным лётчиком 1-го класса, за плечами которого было более 1700 часов налёта, 527 из них – на МиГ-23.

Однако второй полет за день у него не задался сразу. Взлетев с аэродрома Багич близ польского курортного городка Колобжег на берегу Балтийского моря, уже на 41-й секунде Скуридин услышал хлопок в левом воздухозаборнике и почувствовал внезапное уменьшение оборотов двигателя и падение тяги. Истребитель начал снижаться, и полковник, посчитавший, что моторы МиГ-23М выключились, принял решение катапультироваться, о чём сразу доложил руководству.

Получив соответствующее разрешение, полковник покинул самолёт. Приземление лётчика было успешным, он лишь слегка повредил руку.

Неуправляемый

Вышестоящее руководство о происшествии уведомили почти сразу, однако советские военные ошибочно посчитали, что истребитель упал в море, не причинив никому никакого ущерба. Сам Скуридин уверял, что успел направить самолёт в сторону воды, и к тому же, покидая кабину, видел чёрный дым за турбиной. На деле же МиГ-23М продолжил полёт как ни в чем не бывало – спустя шесть секунд после катапультирования полковника двигатель труднообъяснимым образом восстановил работу и начал увеличивать обороты. Падение прекратилось, из-за включенной системы автоматизированного управления машина перешла к набору высоты и продолжила следовать заложенным курсом – на Запад.

До самой ГДР, благодаря действовавшей системе опознавания «свой-чужой», «неуправляемый» не встретил никаких препятствий. Лишь приближаясь к границам ФРГ, он был взят на сопровождение радарами НАТО. К тому моменту высота его полёта достигла 12 тысяч километров, а скорость – 740 километров в час.

Когда самолёт пересек границу ГДР и ФРГ, к нему на перехват с голландской авиабазы Сустерберг поднялись два истребителя F-15 ВВС США.

«Это было что-то невероятное: МиГ-23 прямо перед тобой, как на том изображении, которые ты изучал всю свою карьеру летчика-истребителя. Но теперь всё по-настоящему. Что он здесь делает? Почему он один? А у нас проблемы со связью. Причем непреднамеренные помехи в эфире создавали наши же собственные службы», — рассказывал командир одного из F-15 капитан Билл Мерфи, слова которого приводили в своей книге Стив Дэвис и Дуг Дилди.

Далеко не с первой попытки Мерфи и его товарищ капитан Мартин убедили диспетчера в том, что советский истребитель вторгся в воздушное пространство Североатлантического альянса без пилота и с отсутствующим фонарём кабины. Когда им это наконец удалось, они получили приказ следовать за МиГ-23М. Открывать огонь лётчикам разрешили только в крайнем случае: враждебных намерений машина, очевидно, не имела и была совсем без оружия; полёт же проходил над густонаселённым районами, а предсказать, куда начнут падать обломки с такой высоты, было невозможно.

В итоге сопровождаемый двумя F-15 «беглец» пролетел над Западной Германией, Нидерландами, Бельгией и приблизился к Франции. Прямо по курсу лежал Лилль, и с каждым километром, особенно учитывая продолжительность пути, угроза того, что МиГ-23М упадёт именно на город, возрастала. Американские пилоты даже решили, что собьют истребитель, если он подлетит критически близко, однако в конечном счёте машине не хватило топлива, чтобы добраться до французской территории. «Неуправляемый» упал на ферму в бельгийской деревне Беллегем неподалёку от Кортрейка, в 15 километрах от границы.

Следствие без причины

К сожалению, совсем без жертв не обошлось – в результате падения советского самолёта погиб 19-летний бельгиец Вим Деларе. Зато не состоялось крупного международного скандала: СССР сразу взял на себя ответственность за произошедшее и выплатил Бельгии компенсацию за ущерб в размере 685 тысяч долларов, советский посол лично извинился за катастрофу, а Николай Скуридин выразил соболезнования семье погибшего. К тому же жертвовать начавшейся разрядкой между Востоком и Западом явно не хотела ни одна из сторон.

В то же время в самом инциденте оказалось немало любопытных деталей. Так, от взлёта до падения, без пилота, МиГ-23М пролетел аж 901 километр. Как объяснял потом произошедшее маршал авиации Евгений Шапошников, свою роль сыграло отсутствие вооружения и само строение самолёта, который «не продирается сквозь воздух, а действительно летит».

«И всё-таки мы сами удивлены тем расстоянием, какое он сумел пройти. Дальность оказалась выше, чем предполагали, — приводит его слова Газета.ру. — Случай, по нашим данным, в истории боевой авиации, уникальный».

Уникальный, но не единичный. Интернет-энциклопедия Wikipedia приводит как минимум семь подобных примеров, два из которых произошли с одной и той же моделью самолёта – Су-9. Впрочем, причина «перехода в автономный режим» в каждом из них разная. В случае же МиГ-23М её так и не удалось выяснить, хотя в ходе расследования обнаружилось, что за последний год двигатель самолёта пять раз был в ремонте.


Related posts

Leave a Comment

1 × 3 =