«Живые» скалы Большого Монастыря!

Алтай! «Живые» скалы Большого Монастыря!

Увидеть своими глазами скалы Большой и Малый Монастырь я мечтала уже давно. Меня влекло уже само их название. Оно же — название вызывало много вопросов.

— Что за смысл вложен в эти названия?

— Почему «Монастыри»?

— Значит ли это, что скалы имеют внешнее сходство с монастырями?

— Связаны ли исторически между собой названия села Усть-Пустынка и скалы Монастыри?

Фото Ольга Шадрина. большой Монастырь

Понятным был лишь вопрос, касаемо размеров скальных массивов. Скала Малый Монастырь должна быть меньшего размера, чем Большой Монастырь.

В путешествие к Монастырям мы отправились в июне 2021 года. Сам путь от Чемала до Усть-Пустынки, где и располагаются скалы Большой и Малый Монастыри, был уже сам по себе отдельной и, пожалуй, заглавной страницей нашего путешествия. Но и местность, где эти скалы располагаются, оказала на нас сильное впечатление.

Мы приехали в Усть-Пустынку уже после захода солнца и сразу направились к скалам. Они располагались на окраине деревни. Большой Монастырь предстал перед нами в пурпурном цвете. Этот скальный массив был расчленен на значительные по размеру глыбы. Эти вертикально вытянутые глыбы напоминали башни. Первое впечатление дало нам понимание, что Большой Монастырь вполне напоминает здание, но только старинное и совсем не местное. Со стороны скальный массив вполне был похож на старинный замок.

Уже утром мы отправились на тщательный осмотр Монастырей и начали с Большого.

Фото Ольга Шадрина

Стояло яркое июньское утро. По мере подъезда к скалам Большого Монастыря, общий образ этого массива видоизменялся. У самого подножия эти скалы были похожи уже не на замок, а на крепостную стену все с теми же башенками. Общий образ Большого Монастыря с одной стороны усиливала насыщенная зелень июньского травяно-кустарникового яруса, что подходила сплошным покровом к скалам. С другой стороны синее-пресинее небо усиливала привлекательность этого скального массива. В лучах дополуденного солнца скалы уже были не пурпурными, а беловато-желтыми, даже золотистыми.

Подойдя к Большому Монастырю вплотную, мы стали ощущать, что перед нами не просто скопления горных пород, а «живые» и «поющие» скалы. Жизнь скалам придавали птицы, они летали повсюду, их было много. Взмахи их крыльев формировал легкий гул.

Птицы подлетали к гнездам, что крепились на голые скалы, и кормили своих птенцов.

Фото Ольга Шадрина

В результате пристального наблюдения, удалось внимательно рассмотреть и птиц и их гнезда. Оторваться от наблюдения было невозможно. Гнезда были достаточно большими, округлой, немного веретенообразной формы, серыми по цвету. Сказать, что гнезд был много – ничего не сказать, их была тьма-тьмущая. В верхних частях гнезд были круглые отверстия, именно туда и влетали птицы-родители.

По всей видимости, это были ласточки или стрижи.

Алтай. «Живые» скалы Большого Монастыря

Большой Монастырь мы обошли вдоль всей его южной стороны.

Кроме птичьей колонии мы видели темные пятна гротов, преимущественно в верхних частях скалы, места, где когда-то в послевоенное время, были печи, где шел обжиг известняка.

Ранее Большой Монастырь нещадно разрушали, здесь организовывали промышленное производство негашеной извести. Местные жители предполагают, что обжиг известняка был с самого начала заселения этих мест.

Известь использовалась для побелки жилых помещений. Жители Усть-Пустынки белили дома три раза в год: после уборки огородов и засыпки картошки и овощей в подполье; к Рождеству и Новому году; к Пасхе с Первомаем.

Здесь были свои деревенские умельцы по сооружению печей для обжига.
Во время войны сельпо получило задание организовать производство негашеной извести.

Из воспоминаний Сорокиной Татьяны Владимировны (со стар. общедоступной группы Усть-Пустынки)

«… Задание получили, а ни производственной базы, ни рабочей силы не было. Мужики были все на фронте. Бригаду для производства извести собрали в основном из женщин 30 – 35 лет. Моя мама попала туда вместе с другими колхозными женщинами. Женщины лазали по средней части Большого Монастыря с ломами, откалывали валуны и пускали их скатываться вниз. Материал брали с выступающей тогда части горы, что пониже справа у дорожки, ведущей от вершины к Проходной пещере и Бастиону. Теперь там этой части горы практически нет, она тогда, и позже взрывами, разрушена. Внизу разбивали большие камни на более мелкие части для укладки печи.

Для топки сложенной печи нужны были серьёзные дрова. Жар был такой, что для загрузки нового бревна мужики обливались водой. Бревен из леса, привезенных зимой, было недостаточно. Поэтому было разрешено покупать их у населения. И люди продавали на слом свои хозяйственные постройки, бани и даже дома. Родственные семьи объединялись жить в один из домов, освободившийся продавали «на извёстку», то есть — на слом для топлива.
Теперь уже никто никогда не досчитается, сколько и чего сгорело в тех прожорливых печах, причём не только пустынского, но и соседних сел.

Моя мама полностью потеряла зрение, привели домой под руку. Они ж после обжига эту печь разбирали, известь на носилках переносили в амбар, перегружали для отправки. Все это в атмосфере известковой пыли.
После войны на производстве извести работали заключенные. В деревне все их звали — «извёзники», «сиблаки», «сибулонцы».

Позже на обжиге извести работали приезжие гражданские, известь вывозили на грузовиках, которые местные использовали как пассажирский транспорт.

Знаю, что в более поздний период использовали взрывчатку…»

Фото Ольга Шадрина

Визуальный осмотр Скал Большого Монастыря многие наши вопросы прояснил. Уже дома покопавшись в источниках литературы и в инете, сформировалось почти полное впечатление о Большом Монастыре.

  • Монастырями в Западной Сибири было принято называть отдельно стоящие скалы-останцы.
  • Первое упоминание об этих скалах есть в путевом дневнике П. Шангина в 1786 году, где он писал о «Монастырском Камне», объединяя два объекта Большой и Малый Монастыри в один.
  • Деление скал на Большой и Малый Монастыри наблюдается с середины 20 века.
  • Скала Большой Монастырь приподнята над уровнем реки Чарыш на 100 метров.
  • Она по форме напоминает здание старинного монастыря.
  • Большой монастырь представляет собой выступ коренного берега реки Чарыш. Скала сложена верхнесилурийскими коралловыми известняками и является рифами древнего моря.
  • Скала сложена белым, серым и розовыми известняками и испещрена множеством карстовых полостей.
  • В скалах Большого Монастыря насчитывают до 10 пещер и гротов.
  • Самая известная пещера Большого Монастыря – Бастион. Пещера Бастион труднодоступна, поэтому разрушение ей не угрожало. Вход в нее находится в верхней части скалы, на высоте 80 м над речной террасой и ориентирован на северо-восток. Карстовая пещера представляет собой узкий меандрированный ход высотой от 0,5 до 3 м. В пещере на глубине 1,2 м вскрыт культурный слой со следами кострища, местные жители сообщают о находках кремниевых наконечников.
  • Сегодняшний вид скалы Большой Монастырь является результатов выветривания и антропогенного изменения в результате добычи известняка.
  • Скала Большой Монастырь является хорошей смотровой площадкой, откуда открываются прекрасные виды на ближайшие Чарышские окрестности.
  • На скалах Большого Монастыря можно разглядеть множество антропоморфных ликов. Они как бы смотрят на тебя с высоты.
Фото Ольга Шадрина

Так, вот Монастырские скалы действительно живые, даже живительные. Село, по всей видимости, и образовалось у источника добычи извести.

Печи и сегодня можно осмотреть….

Путешествия продолжаются… Ольга Шадрина. Фото автора

Related posts