Сталин не терпел чужих мнений? Коллеги рассказывают…

"Чтобы жить счастливо, я должен быть в согласии с миром. А это ведь и значит «быть счастливым»." Людвиг Витгенштейн ©

Сталин не терпел чужих мнений? Коллеги рассказывают…

Что коллеги Сталина рассказывали о работе с ним
Что коллеги Сталина рассказывали о работе с ним

Со Сталиным спорить было нельзя. Он не терпел иного мнения. Те, кто работал с ним, боялись подать голос. Нужно было молча внимать и ждать, когда он докурит трубку и процедит в клубах дыма свое роковое… «Ррррастрелять!»

То есть мыши потели, мучились, плакали, но ели кактус. Какие личные качества Сталина гипнотизировали его коллег, до сих пор остается тайной. Волюнтариста Н.С. Хрущева, коллеги выдержали у власти неполных 12 лет… А кровавый тиран руководил страной гораздо дольше…

В этой статье послушаем прямую речь.

Обратимся к некоторым воспоминаниям коллег И.В. Сталина, которые либо подтвердят, либо опровергнут его нетерпимость к чужому мнению.

Начнем с человека, у которого со Сталиным были долгие и сложные отношения. И которому в конце жизни, в момент написания воспоминаний, в общем-то, незачем было сохранять комплементарность к умершему вождю. В 1973 году он вспоминал:

Георгий Константинович Жуков

«После смерти Сталина появилась версия о том, что он единолично принимал военно-политические решения. С этим согласиться нельзя… Если Верховному докладывали вопросы со знанием дела, он принимал их во внимание. И я знаю случаи, когда он отказывался от своего собственного мнения и ранее принятых решений. Так было, в частности, с началом сроков многих операций».

«Кстати сказать, как я убедился за долгие годы войны, И.В. Сталин вовсе не был таким человеком, перед которым нельзя было ставить острые вопросы и с которым нельзя было спорить и даже твердо отстаивать свою точку зрения»

«Стиль работы, как правило, был деловой, без нервозности, свое мнение могли высказать все. Верховный ко всем обращался одинаково — строго и официально. Он умел внимательно слушать, когда ему докладывали со знанием дела. Сам он был немногословен и многословия других не любил, часто останавливал разговорившегося репликами — «короче!», «яснее!». Совещания открывал без вводных, вступительных слов. Говорил тихо, свободно, только по существу вопроса. Был лаконичен, формулировал мысли ясно».

А вот мнение коллеги Сталина по работе в Политбюро ЦК. Он, кстати, тоже поддержал разоблачения Н.С. Хрущева. Однако в книге воспоминаний, написанной в 1964 году, он писал следующее.

Анастас Иванович Микоян

«Должен сказать, что каждый из нас имел полную возможность высказать и защитить своё мнение или предложение. Мы откровенно обсуждали самые сложные и спорные вопросы (в отношении себя я могу говорить об этом с полной ответственностью), встречая со стороны Сталина в большинстве случаев понимание, разумное и терпимое отношение даже тогда, когда наши высказывания были ему явно не по душе. Он был внимателен и к предложениям генералитета. Сталин прислушивался к тому, что ему говорили и советовали, с интересом слушал споры, умело извлекая из них ту самую истину, которая помогала ему потом формулировать окончательные, наиболее целесообразные решения, рождаемые, таким образом, в результате коллективного обсуждения. Более того, нередко бывало, когда, убеждённый нашими доводами, Сталин менял свою первоначальную точку зрения по тому или иному вопросу»

«Хотя товарищеская атмосфера работы в руководстве ни в коем случае не принижала роли Сталина. Наоборот, мы почти во всех случаях собственные предложения, оформленные за подписью Сталина, приписывали целиком Сталину, не декларируя, что автором является не Сталин, а другой товарищ. И он подписывал, иногда внося поправки, а иногда и этого не делая, даже иногда не читая, так как доверял»

Мы услышали мнение военного, мнение соратника по работе в Политбюро. Прислушаемся и к воспоминаниям руководителя одного из наркоматов, наркомата сельского хозяйства:

Иван Александрович Бенедиктов

«Вопреки распространённому мнению, все вопросы в те годы, в том числе и относящиеся к смещению видных партийных, государственных и военных деятелей, решались в Политбюро коллегиально. На самих заседаниях Политбюро часто разгорались споры, дискуссии, высказывались различные, зачастую противоположные мнения в рамках, естественно, краеугольных партийных установок. Безгласного и безропотного единодушия не было: Сталин и его соратники этого терпеть не могли. Говорю это с полным основанием, поскольку присутствовал на заседаниях Политбюро много раз. Да, точка зрения Сталина, как правило, брала верх. Но происходило это потому, что он объективней, всесторонней продумывал проблемы, видел дальше и глубже других»

Кто еще оставил положительные воспоминания о работе со Сталиным?

С.М. Штеменко:

«Должен сказать, что Сталин не решал и вообще не любил решать важные вопросы войны единолично. Он хорошо понимал необходимость коллективной работы в этой сложной области, признавал авторитеты по той или иной военной проблеме, считался с их мнением и каждому отдавал должное. В декабре 1943 г. после Тегеранской конференции, когда потребовалось наметить планы действий на будущее, доклад на совместном заседании Политбюро ЦК ВКП(б), ГКО и Ставки относительно хода борьбы на фронте и её перспектив делали А.М. Василевский и А.И. Антонов, по вопросам военной экономики докладывал Н.А. Вознесенский, а И.В. Сталин взял на себя анализ проблем международного характера»

Д.Ф. Устинов:

«При всей своей властности, суровости, я бы сказал, жесткости, он живо откликался на проявление разумной инициативы, самостоятельности, ценил независимость суждений. Во всяком случае, насколько я помню, он не упреждал присутствующих своим замечанием, оценкой, решением. Зная вес своего слова, Сталин старался до поры не обнаруживать отношения к обсуждаемой проблеме, чаще всего или сидел будто бы отрешенно, или прохаживался почти бесшумно по кабинету, так что казалось, что он весьма далек от предмета разговора, думает о чем-то своем. И вдруг раздавалась короткая реплика, порой поворачивающая разговор в новое и, как потом зачастую оказывалось, единственно верное русло»

Н.К. Байбаков:

«Где бы я ни работал и при Сталине, и после него, я, следуя его примеру, всегда в меру своих сил старался внимательно выслушать каждого, с кем работал, искать истину в сопоставлении различных мнений, добиваться искренности и прямоты каждого личного мнения, но прежде всего искать доступные, реальные пути выполнения поставленных задач».

А также Д.Т. Шепилов, П.К. Пономаренко, А.А. Громыко, И.Х. Баграмян, И.С. Исаков, К.М. Симонов и многие другие оставили похожие воспоминания, которые показывают, что Сталин был готов выслушать чужое мнение, мог горячо поспорить.

Никаких последствий для тех, кто с ним спорил, не было. Наоборот, если доводы были убедительными, Сталин, как правило, соглашался…


Related posts

Leave a Comment

девять − 2 =