Причины Первой мировой войны!?

Неочевидные причины Первой мировой войны, ставшие её главным катализатором!?

 

Казалось, что к началу Первой мировой войны Европа массово поглупела. Каждая из стран — участниц предстоящей бойни — испытывала перед её началом непомерные надежды. Как доказывают историки, у этого факта были свои «объективные» причины. Узнаем, в чём они состояли.

Слишком много молодых мужчин

Европа вступила в 20 в. в условиях невиданного демографического роста. В Германии за 1900-1913 гг. увеличение населения в среднем составляло 892 тыс. человек. В 1861-1913 гг. в России на 1 000 жителей рождалось 49 человек. Население Австро-Венгрии с 1900 по 1914 гг. выросло на 7,5 млн человек, и так далее.

Резкое увеличение численности жителей Европейского континента сопровождалось его омоложением и скачком непредсказуемой социальной агрессии, вызванной маскулинным гендерным «перекосом». Проще говоря, избыток молодых мужчин создавал атмосферу воинственности. Армии можно было наполнить солдатами, а, значит, война всё больше рассматривалась как способ решения многих взаимных проблем.

Ожидание катастрофы

Отуманивающее влияние прогресса

Другой «объективной» причиной заката Европы, как выразился бы Освальд Шпенглер, было влияние промышленно-технологического прогресса и вызванного им роста общественного богатства. Социальные страхи ушли на задний план «перед иллюзией всемогущества человека».

Пресса того времени добавляла масла в огонь, отвлекая людей от реальности и уводя в мир иллюзий и умозрительных концепций. Национальное становилось важнее всеобщего. Многие философы и учёные снижали градус научности и писали для «профанов», рождая химеры, не подлежащие сомнению. Телеграф, телефон, кинематограф помогали распространять царившие заблуждения во все уголки Европы.

В итоге, расхождение между реальным и умозрительным в сознании людей сделало их мышление авантюристичным. Элиты и массы стали поддаваться внушению. Их «иммунитет против пандемий разрушительных идей оказался утрачен».

Убийство 28 июня 1914 года эрцгерцога Франца Фердинанда

Случайное начало неминуемой войны

Историки В.П. Булдаков и Т.Г. Леонтьева напоминают, что в 1910-1914 гг. в Европе произошло около 40 покушений на государственных и военных деятелей. Бросить бомбу или стрельнуть в представителя высшей власти вошло в привычку и не удивляло сознание. На этом фоне выстрел Гаврило Принципа прозвучали как «террористическая нелепость». Словно осознавая несоразмерность предлога и грозящих последствий, будущие противники до последнего момента не хотели верить, что война станет мировой.

С другой стороны, разогретая демографической инъекцией с маскулинным привкусом и опьянённая патриотическим настроем, Европа давно уже хотела «маленькой победоносной войны». У каждой страны были свои поводы и расчёты. Сербия мечтала о величии, Австрия о прочной власти на Балканах, Германия вожделела колоний, а Россия бредила Босфором.

Не думая о последствиях

Гаврило Принцип из организации «Молодая Босния» заявил на суде, что своим поступком рассчитывал вызвать объединение югославянских народов и о других последствиях не задумывался. Для мальчишки-террориста это было простительно. Но вопреки всему убийство эрцгерцога Франца Фердинанда в Сараево, эта «трагическая случайность» оказалась прекрасным поводом к той самой «маленькой победоносной войне».

В ответ на покушение проснулись имперские амбиции Австро-Венгрии. Великие державы не могли остаться в стороне от локального конфликта на Балканах, не «потеряв лица». Россия, стоило ей отступить, одновременно теряла бы влияние на Балканах и роняла авторитет в глазах Антанты, не обезопасив себя при этом от возможного столкновения с Германией.

Парадокс 1914 года

Парадокс 1914 г. состоял в том, что, с одной стороны, европейцам казалась нелепой перспектива утраты, а не привычного наращивания новых богатств, что неизбежно случается в ходе длительной войны. «Еще сложнее было представить, что культурный универсализм Европы развалится под натиском оголтелых «провинциальных» национализмов».

С другой стороны, с начала 20 в. весь европейский мир подобно ослепшему путнику, стоящему перед обрывом, беспечно устремился по опасному пути деления на военный блоки и взращивания взаимных претензий.

Русский император и германский кайзер

Постскриптум

Сейчас нам кажется, что все европейские правительства и монархии одномоментно сошли с ума. Русский монарх и его окружение тоже были в их числе. Как справедливо пишут в книге о Первой мировой войне В.П. Булдаков и Т.Г. Леонтьева:

«С точки зрения внутренних особенностей переживаемого момента, а также таких факторов, как географическое пространство, ресурсы, социокультурное своеобразие, трудно вообразить что-либо более абсурдное, чем участие России в войне, способной перечеркнуть все ее усилия на протяжении последних пятидесяти лет. Зачем была «большая» война империи, столь дорого заплатившей за поражение в «малой» — русско-японской?»

 

Related posts