Почему в первые дни Великой Отечественной Сталин не был главным в армии?

"Знания недостаточно, необходимо применение. Желания недостаточно, необходимо действие." Брюс Ли ©

Почему в первые дни Великой Отечественной Сталин не был главным в армии?

Совершенно секретный документ, датированный 23 июня 1941 года, сообщает об организации Ставки Главного командования в составе с Жуковым, Молотовым, Ворошиловым, Буденным, Кузнецовым, Сталиным, а также с маршалом Семеном Тимошенко во главе. Почему именно он, а не лидер страны, руководил чрезвычайным органом, и как долго продлилось его командование?

Проект Ставки

Данный документ, как многие другие события первых дней войны, неизменно вызывает у историков споры и недоумение. Как известно, в случае прямой агрессии потенциального противника, командующие всех уровней должны достать из сейфов мобилизационные или «красные» пакеты, в которых прописаны их дальнейшие действия. При этом конструктор Василий Грабин в своей книге «Оружие победы» вспоминает, как по приезде 22 июня в Наркомат вооружения увидел совершенно разбитого наркома Дмитрия Устинова, повторяющего «что же теперь делать». И именно Грабин напомнил ему, что надо открыть сейф и изучить предназначенный ему «красный» пакет. Таким образом, все документы на случай военного положения уже должны были подготовленными ждать своего часа.

Отсюда возникает вопрос – откуда 23 июня возник документ об учреждении Ставки? Чей мобилизационный пакет мог его содержать, если главы государства даже не было в столице в этот день? Или военачальники воспользовались началом войны как удобным случаем для захвата власти?

Паника и растерянность

В одной из наиболее популярных легенд, касающихся первых дней войны, упоминается об исчезновении Сталина.«Некоторые издания преподносят этот факт таким образом, будто он чуть ли не спрятался под диваном на своей даче от новости о вероломном нападении Германии», — иронизирует историк Владимир Мещеряков в исследовании «Сталин и заговорщики сорок первого года».

Действительно, первой реакцией было неверие в происходящее. Собравшиеся ранним утром в Кремле Берия, Жуков, Тимошенко, Молотов не могли ничего объяснить главе государства, так как связь со штабами отсутствовала и доподлинно размах немецкого вторжения не был известен. В течение всего дня в центр приезжали и уезжали Микоян, адмирал Кузнецов, генерал Ватутин, которые получали указания и отправлялись их выполнять. Все эти встречи зафиксированы в журнале посетителей, очень строго заполнявшемся секретарем Сталина.

Первую «слабость» вождя отметил Никита Хрущев в биографической книге «Воспоминания», и заключалась она в категорическом отказе Сталина выступить с обращением к гражданам. Или он действительно не знал, что сказать своему народу, или не хотел провоцировать панику без достоверной информации с фронтов, но с речью по радио к советским людям обратился Вячеслав Молотов.

Осторожность или роковые ошибки

Только вечером 22 июня Сталин отправился к себе на дачу, развязав руки своим военачальникам, которые еще до официального начала войны методично «сдавали» страну Гитлеру. Так, они изменили разработанный Сталиным план обороны, при содействии генерала Д.Г. Павлова разоружили авиацию и поставили танки на ремонт, проигнорировали указание своего вождя о приведении армии в боевую готовность, полученное еще 18 июня 1941 года.

Находясь во главе Ставки, Тимошенко продолжил начатую при содействии Жукова «диверсионную» работу, — рассказывает историк Арсен Мартиросян в книге «Трагедия 22 июня: блицкриг или измена». Он не мог ни предоставить отчеты о происходящих на фронтах событиях, ни выработать эффективные меры по разгрому нацистов, ни своевременно принять важные решения.

Переломным днем стало 29 июня, когда Сталину доложили о падении Минска. Тогда у него действительно сдали нервы, и он устроил разнос своим генералам: за отсутствие связи, за отсутствие информации и должного командования. Почти сутки глава государства находится в тяжелейшем душевном состоянии, отказываясь принимать кого бы то ни было, после чего возвратился в Кремль и сформировал Государственный комитет обороны (ГКО), руководство которым взял на себя, а уже 10 июля занял должность председателя Ставки.

Догадывался ли вождь о происходящем за его спиной? Историки считают, что о заговоре он знал и поступил мудро, оставив и Тимошенко, и Жукова в руководстве армией. Уинстону Черчиллю приписывают слова о том, что теперь эти военачальники будут, словно львы, драться против Гитлера и еще станут героями. Семену Тимошенко удалось выбрать правильную сторону в этом противостоянии и проявить свои способности не только во время войны, но и после нее, став верным соратником Сталина. А вот Георгий Жуков сразу после кончины вождя перешел в «команду» Никиты Хрущева, забыв о том, как Иосиф Виссарионович превратил его из предателя в легенду своей страны (Г.А. Сидоров. «Рок возомнивших себя Богами»).

Related posts

Leave a Comment

7 − четыре =