Почему официальная наука нам врёт?

"Я не провалил тест. Я просто нашел сто способов написать его неправильно." Бенджамин Франклин ©
Время на прочтение: 6 минут(ы)

Почему официальная наука нам врёт?

Наши беседы с Е.В. Пчеловым 

Евгений Пчелов, известный историк, к.и.н., заведующий кафедрой в Историко-архивном институте РГГУ, автор более 20 книг, включая учебники по истории России для средних школ.

– Спасибо Вам, Евгений Владимирович, что согласились продолжить наш разговор. Первый вопрос озвучу на основе полученных комментариев от наших уважаемых читателей. Почему Вы врёте? Конкретно Вы и вообще официальная наука? Зачем скрываете истинную правду от народа об истории России?

– Спасибо Вам! Тезис о том, что наука и учёные скрывают что-то от народа, он ведь не нов. И относится, кстати, отнюдь не только к исторической науке. Примерно в таком же положении и антропология, и генетика, и медицина и многие-многие другие научные области. Сейчас эпоха тотального дилетантизма и тотального недоверия к мнению профессионалов. Достаточно посмотреть на сайт Антропогенез.ру или обратиться к материалам форумов «Учёные против мифов», чтобы в этом убедиться. Причин такого горестного положения несколько. Во-первых, это обычная привлекательность некоего тайного, сакрального, неизвращённого знания. Вот учёные, мол, всех обманывают, а на самом-то деле… Такая теория заговора и конспирология. Почему она привлекательна? Потому что даёт простые ответы на очень сложные вопросы. Не надо углубляться в серьёзные научные темы, которые могут быть сложны для понимания, достаточно послушать шарлатанов, дающих простые объяснения, понятные широкому слушателю или читателю. И даже если эти объяснения абсурдны, тем легче оказывается вера в них. Пример Фоменко, кстати, в этом отношении показателен. Чем более нелепы нагромождения всяких фантазий, прикрытых псевдонаучным флёром, тем большую популярность они обретают. Что уж тут говорить, если у нас есть целые телеканалы, пропагандирующие всякую псевдонаучную чепуху.

Вторая причина более серьёзна. В обществе абсолютно утрачено доверие к профессиональному знанию. Наступила пора полного дилетантизма во всех областях, поскольку значительная часть населения страны занимается не тем, к чему она профессионально подготовлена. Образование девальвировано, причём порой настолько, что количество высших образований у некоторых обратно пропорционально их знаниям. Каждый считает, что он достаточно разбирается, к примеру, в той же медицине или антропологии, а уж про гуманитарные области типа истории и лингвистики и говорить не приходится. Представление же о том, что история – это тоже наука, причём не менее филигранная, чем некоторые точные или естественные науки, отсутствует. Во многом, ещё и потому, что долгий период времени в нашей стране история была частью политики или идеологии, хотя на самом деле строго научное историческое знание существовало всегда, как и сугубо профессиональное сообщество историков-исследователей.

А ведь любой наукой можно заниматься, только обладая соответствующей профессиональной подготовкой. Взять, к примеру, ту же историю древней Руси – она давно изучается на стыке лингвистики, источниковедения, текстологии, палеографии и эпиграфики, ономастики, исторической географии, не говоря уж об археологии и многих других областях специального знания. Но проще ведь идти по пути известной басни, чтобы легко судить о том и о сём направо и налево – «коль пироги начнёт печи сапожник…».

– А если серьезно, почему столько сторонников находят альтернативные исторические версии? Вроде учения о так называемой «новой хронологии» опровергаются с момента их первых публикаций. Тем не менее люди продолжают верить в это?

– Верят, потому что хотят верить. Потому что не привыкли прислушиваться к мнению профессионалов, а профессионалы нередко и сами уклоняются от просветительской деятельности. Оно и понятно, кому хочется оказаться под ударом воинствующего дилетантизма, а то и прямого невежества. Радует только, что число учёных, ведущих популяризаторскую деятельность, становится всё больше и больше. Те же форумы «Учёные против мифов» собирают огромные аудитории, работают просветительские сайты, выпускаются научно-популярные книжные серии, постепенно и на государственном уровне приходит понимание ценности научного знания. Так что «альтернативная история» на то и альтернативная, чтобы коммерчески паразитировать на невежестве. Правда, к истории она, конечно, никакого отношения не имеет.

– Норманская теория, к ярым сторонникам которой Вас отнесли наши читатели – сегодня ключевая в исторической науке? Для чего тогда, в частности Ломоносов формировал иную точку зрения? Ошибался или политика?

– Когда мы произносим вот это, кажущееся многим «страшным» понятие – «норманнская теория», мы должны понимать, что ведём речь о науке XVIII столетия. Даже не XIX, не говоря уже о XX или начале XXI-го. Что такое эта пресловутая теория? Дело в том, что когда-то, на заре исторического научного знания, бытовало представление о том, что кто-то, конкретная личность или какая-то группа людей может одномоментно взять и, условно говоря, на «пустом месте» создать государство. Вот пришёл Рюрик на Русь и основал государство. Если так думать, то тогда очень важным оказывается, а кем был этот самый Рюрик. И кем были его соратники, варяги. Если варяги были скандинавами, то есть норманнами, то значит норманны создали древнерусское государство. Если прусами, как думал Ломоносов (а прусы – это не славяне, а балты), то значит прусы создали древнерусское государство. Если литовцами, как думал почему-то много позже Костомаров, то значит литовцы создали древнерусское государство. И так далее. Вот когда думали так, что кто-то государство «на коленке» создаёт по собственному разумению, то тогда эта теория и имела какой-то смысл (и спорить можно было о чём-то). Кто-то сейчас так думает? Открою секрет – из учёных НИКТО. Потому что давным-давно ясно, что государственность – это сложное явление, а не просто князь во главе (или царь в голове), что формируются государства долго и процесс этот не зависит от воли Рюрика, Аскольда, Дира или кого бы то ни было ещё. Другие дело, что те же Рюрик, Аскольд и Дир, или, к примеру, князь Мал, или некие легендарные прародители, типа Кия, так или иначе были в этот процесс вовлечены. Но вот так думать, будто кто-то пришёл и государство создал – так можно думать только на уровне позапозапрошлого века. Поэтому никакой «норманнской теории» в исторической науке давным-давно нет, она уже больше ста лет не является актуальной. Как не актуален и «антинорманизм», родоначальником которого считают Михаила Васильевича Ломоносова. Кстати, почему-то думают, будто «антинорманизм» обязательно означает, что Рюрик и варяги были славянами. Ничего подобного! Тот же Ломоносов считал, что русы – это прусы (т.е. балты), а прусы – это пришедшие на Балтику роксоланы (которые на самом деле были иранскими племенами). В варягах видели и тех же литовцев, и хазар, и всё это тоже как бы «антинорманизм». На самом же деле никакой жёсткой дихотомии не было (или норманны, или славяне), а было множество разных версий, споров и построений.

Увы, Михаил Васильевич, как и многие учёные его времени (и не только его!) оказывался в плену «созвучий», поскольку лингвистика в те времена ещё не стала полноценной наукой. Тогда можно было сопоставлять русов с прусами, а Русь с названием реки Рось. Сейчас, увы, это невозможно. Стоит почитать замечательную работу Андрея Анатольевича Зализняка о любительской лингвистике, чтобы понять почему.

– Были ли серьезные корректировки истории у Карамзина и, так называемых, «немецких» историков периода Романовых в угоду норманнской теории? Остались бы эти корректировки незамеченными? Ведь существуют и иностранные источники, до которых вряд ли дотянулись бы у них руки.

– Николай Михайлович Карамзин никаким немецким историком не был. Как не были таковыми ни Сергей Михайлович Соловьёв, ни Василий Осипович Ключевский. Они были русские историки, а самое главное – они были настоящими учёными, профессионалами своего дела. Можно почитать, что они писали про тех же варягов или про Рюрика. Значение Карамзина для русской исторической науки огромно. Он впервые ввёл в научный оборот большое число новых источников, в том числе древнерусских, первым обратился в таком масштабе к источникам иностранным, причём анализировал не только письменные источники, но и вещественные, и изобразительные, привлекал данные лингвистики и т.п. – иными словами, стал основателем комплексного источниковедения, продемонстрировав очень высокий уровень анализа исторических памятников. По сути, Карамзин очертил основной круг исторических источников по древнерусской истории, а многие его выводы и наблюдения остаются актуальными до сих пор. Это был пример подлинно научного отношения к исследованию прошлого. И, конечно, историки до сих пор обращаются к «Истории…» Карамзина, но не к основному тексту, написанному литератором для просвещения широкой читательской аудитории, а к примечаниям, т.е. тому огромному научному аппарату, который в основу этого текста и лёг. Когда говорят, что кто-то из серьёзных историков какие-то источники сокрыл или сфальсифицировал, то такие обвинения нуждаются в столь же серьёзных доказательствах. А их нет. Те, памятники, которыми пользовался Карамзин, например, они все известны и бОльшая их часть дошла до наших дней. Все эти источники многократно изучались и продолжают изучаться исследователями, они опубликованы, в том числе и на современном научном уровне, нужно просто элементарные знания иметь, а не воспринимать всякого рода домыслы и фантазии.

– Спасибо Вам большое, за подробные ответы. Хотелось бы выразить уверенность, что постепенно люди насытятся альтернативной историей и теориями заговора или, по крайней мере, начнут воспринимать это всё как фантастику. Тем не менее, пока надежды на это мало.

Источник






Поделиться ссылкой:

Related posts

Leave a Comment

9 − 5 =