Почему мы ещё даже не начинали и… когда начнём?

Почему мы ещё даже не начинали и… когда начнём?

Почему мы ещё даже не начинали и когда начнём?

Вспоминаю слова Путина о том, что мы ещё даже не начинали, сказанные в начале июля, спустя 4 месяца после начала СВО. Хм, не начинали? А ведь правда. Наше суперсовременное оружие ещё толком и не работало по оккупированной нацистами русской земле. Пара «Кинжалов» не в счёт.

Только сейчас мы видим 3 армейский корпус, оснащённый современными видами вооружений и боевой техники, который потянут к линии фронта.

Почему же так происходит. Почему, когда все и всё требует молниеносной навалы всеми нашими мощностями, которые есть, мы толком ещё даже не начали?

Причин тому масса. Во-первых, сам Запад использует русскую землю Украины и русских людей, обманутых украинством, для двух задач — наше изучение и наше ослабление. Чтобы враг не изучал наши новейшие технологии, мы добиваем остатки советского военпрома. С той же целью мы тянем время… Тянем до зимы…

Складывается такое ощущение, будто мы выманиваем из норы настоящего врага. Не мелкопакостную и никому ненужную Украину, а того самого, подлинного, векового.

Как говорит мой друг Боря Корчевников, не стоит думать, что он струхнул и не посмеет — было бы глупо и даже преступно. Он струхнул, но он посмеет. Он готовится. Ставки запада настолько теперь высоки — и сделано необратимого было, и сказано непростительного, и санкций наложено так неподъёмно много, что если всё будет так, как сейчас, то под их весом запад сам и погибнет.

Он просто вынужден будет начать воевать по-настоящему. То есть уже не на запугивание, а на уничтожение. На наше уничтожение. На уничтожение России, с которой ужиться он не может уже много веков.

И когда обычная его партия — война чужими руками — будет сыграна, и Украина, как и прежний проект Запада против нас — Гитлер — закончит свои дни в сыром бункере, тогда Запад вступит — может впервые за всю историю — сам: здоровый громила Голиаф выйдет против Давида — лицом к лицу.

И мир теперь в такой точке, что Запад, да и все, понимают: сейчас или никогда.

Мы даже не представляем себе, насколько он нас ненавидит. Не представляем, поскольку сами просто от природы не умеем никого так ненавидеть.

А он брызжет вековой ненавистью и злобой: ко всему, что ему в нас непонятно, ко всему, чему он завидует, ко всему, чего страшится: эта и размеры наши, и мощь, и непобедимость, и какая-то при этом тихая мудрость, странная прозорливость, какое-то подлинное несыгранное благородство, на которое способны только сильные; это и ресурсы, конечно, наши, которые он, ненасытный разжиревший потребитель, хочет жрать без конца и не хочет больше платить за них — ему надо отнять и наши недра, и наши леса, и наши трубы и наши металлы и наши заводы — потомоу что он- это цивилизация, которая всегда выкачивалась со всего света все, что могла.

Но теперь эти колониальные фантомные боли умножились ещё и на развращенность и сверх-потребление. И поэтому западу нужна ещё наша душа — непонятная раздражающая его. Он говорит, как те безумцы, о которых пророчествовал святой Нил Мироточивый: «придут 9 ненормальных к одному здоровому и скажут: ты безумец, потому что не безумствуешь вместе с нами».

И комом в ненасытном городе стоит у запада ТОЛЬКО РОССИЯ. Всех остальных он уже обгладал.

А еще запад ненавидит это наше умение не кичиться своими достижениями, которых очень-очень много — он-то видит. И за веру, конечно — веру, которую он растерял, а мы ещё нет,хотя он старался. И он смотрит на это и понимает, что мы — это то, чем и он должен был бы стать, но не стал. И поэтому он нас ненавидит.

Сейчас время какой-то правды: лучше тому, кто почувствовал ее и не испугался. Правда эта не только для нас, но и для врага. Враг — и всё к тому идёт — теперь в полный голос себя обнаружит и выйдет на войну сам. Это будет и его правда. Он выйдет на свой великий реванш: за все проигранные битвы в истории, за то, что даже его, вражью революцию, мы сумели за три поколения перемолоть и вымести из страны. За низложенного Гитлера, за неудавшийся его план в Афгане и в Чечне, за наши моря, за хлебосольное наше, за то, что наши колокола бьют, а их снимаются.

Те, кто говорят «Скорее бы все это закончилось», еще не поняли, что скоро закончится не может то, что зрело даже не десятилетиями, а веками. Они ещё обманывают себя или срабатывает инстинкт.

Не видят они и цели Запада — уничтожить Россию. Сейчас или никогда.

Я не знаю , что нужно говорить в такой ситуации и кто знает? Но чем больше вглядываешься в ход нынешней войны, ничего кроме первых в Евангелии слов Иоанна Крестителя и не всплывает. Слов о покаянии.

Мне ясно в этой ситуации только одно — эта битва станет последней… Последней для нас или последней для наших врагов. Вспомните битвы с тевтонцами, Карлом, Наполеоном, Гитлером. Сложите их все вместе и поймите, что даже объединив всё это воедино, мы не сможем описать всех ужасов грядущей войны… Войны, которая пока ещё даже не начиналась…

Юрий Кот

Related posts