Культ был. Но только лишь потому, что была ЛИЧНОСТЬ!?

"Одна законченная результативная задача стоит полусотни полузаконченных задач." Малкольм Форбс ©

Реакция Сталина на похвалы Черчилля: «… это нужно Черчиллю, чтобы успокоить свою нечистую совесть»

Я никоим образом не опровергаю тот факт, что в нашей стране существовал культ личности. Культ был, только вот создавался он не самим И. В. Сталиным. Нет никаких документов, мемуаров, где был бы хоть малейший намёк на то, что вождь сам его насаждал. Напротив, вот что он говорил по этому поводу.

Фрагмент интервью, данного И. В. Сталиным немецкому писателю Лиону Фейхтвангеру.

Фейхтвангер: Я здесь всего 4–5 недель. Одно из первых впечатлений: некоторые формы выражения уважения и любви к Вам кажутся мне преувеличенными и безвкусными. Вы производите впечатление человека простого и скромного. Не являются ли эти формы для Вас излишним бременем?

Сталин: Я с вами целиком согласен. Неприятно, когда преувеличивают до гиперболических размеров. В экстаз приходят люди из-за пустяков. Из сотен приветствий я отвечаю только на 1–2, не разрешаю большинство их печатать, совсем не разрешаю печатать слишком восторженные приветствия, как только узнаю о них. В девяти десятых этих приветствий — действительно полная безвкусица. И мне они доставляют неприятные переживания. Слишком люди рады, что удалось освободиться от эксплуатации. Буквально не знают, куда девать свою радость.
Очень большое дело — освобождение от эксплуатации, и массы это празднуют по-своему. Все это приписывают мне — это, конечно, неверно, что может сделать один человек? Во мне они видят собирательное понятие…
Фейхтвангер: Как человек сочувствующий СССР, я вижу и чувствую, что чувства любви и уважения к Вам совершенно искренни и элементарны. Именно потому, что Вас так любят и уважают, не можете ли Вы прекратить своим словом эти формы проявления восторга, которые смущают некоторых ваших друзей за границей?

Сталин: Я пытался несколько раз это сделать. Но ничего не получается. Говоришь им — нехорошо, не годится это. Люди думают, что это я говорю из ложной скромности.

А в подтверждение всего вышесказанного — документ, говорящий сам за себя.

Выписка из протокола № 17. Опросом членов ПБ от 19.12.34. г. Заявление т. Сталина «Уважить просьбу т. Сталина о том, чтобы 21 декабря в день  пятидесятипятилетнего юбилея его рождения никаких празднеств или торжеств или выступлений в печати или на собраниях не было допущено».                                                                                                                     Источник: Сборник документов "Сталин. Главные документы. 1878 - 1953 г.г."
Выписка из протокола № 17. Опросом членов ПБ от 19.12.34. г. Заявление т. Сталина «Уважить просьбу т. Сталина о том, чтобы 21 декабря в день пятидесятипятилетнего юбилея его рождения никаких празднеств или торжеств или выступлений в печати или на собраниях не было допущено». Источник: Сборник документов «Сталин. Главные документы. 1878 — 1953 г.г.»

Есть ещё одно доказательство того, что Сталин не приветствовал восторженные отклики в свой адрес. Правда оно немного другого рода, но зато показывает, что вождь прекрасно понимал, где искренняя благодарность народа, а где — лесть врага…
7 ноября 1945 г., выступая в британском парламенте У. Черчилль сказал следующие слова:

«Я лично не могу чувствовать ничего иного, помимо величайшего восхищения, по отношению к этому подлинно великому человеку, отцу своей страны, правившему судьбой своей страны во времена мира и победоносному защитнику во время войны. Даже если бы у нас с Советским правительством возникли сильные разногласия в отношении многих политических аспектов — политических, социальных и даже, как мы думаем, моральных, — то в Англии нельзя допускать такого настроения, которое могло бы нарушить или ослабить эти великие связи между двумя нашими народами, связи, составляющие нашу славу и бедность в период недавних страшных конвульсий».

И 9 ноября 1945 г., по указанию Молотова, когда Сталин отдыхал на юге, «Правда» опубликовала сообщение ТАСС из Лондона «Выступление Черчилля в Палате общин». Однако, вождь отреагировал совсем не так, как ожидал Черчилль и большинство других политиков…
Прочитав газету, И. В. Сталин телеграфировал из Сочи:

10.11.1945. Из Сочи Поступила в ЦК ВКП(б) на расшифрование… 10…XI…1945 г. ч…11 М……..05… Вх. №. 3550/ш

МОСКВА, ЦК ВКП(б)

т.т. МОЛОТОВУ, БЕРИЯ, МАЛЕНКОВУ, МИКОЯНУ

Считаю ошибкой опубликование речи Черчилля с восхвалением России и Сталина. Восхваление это нужно Черчиллю, чтобы успокоить свою нечистую совесть и замаскировать свое враждебное отношение к СССР, в частности, замаскировать тот факт, что Черчилль и его ученики из партии лейбористов являются организаторами англо-американско-французского блока против СССР. Опубликованием таких речей мы помогаем этим господам. У нас имеется теперь немало ответственных работников, которые приходят в телячий восторг от похвал со стороны Черчиллей, Трумэнов, Бирнсов и, наоборот, впадают в уныние от неблагоприятных отзывов со стороны этих господ. Такие настроения я считаю опасными, так как они развивают у нас угодничество перед иностранными фигурами. С угодничеством перед иностранцами нужно вести жестокую борьбу. Но если мы будем и впредь публиковать подобные речи, мы будем этим насаждать угодничество и низкопоклонство. Я уже не говорю о том, что советские лидеры не нуждаются в похвалах со стороны иностранных лидеров. Что касается меня лично, то такие похвалы только коробят меня.

СТАЛИН

АП РФ. Ф. 45. Оп. 1. Д. 98. Л. 81.

Я никоим образом не опровергаю тот факт что в нашей стране существовал культ личности. Культ был. Но только лишь потому, что была ЛИЧНОСТЬ!


Related posts

Leave a Comment

четыре × 5 =