Капитализм — это всё-таки рабство.

Капитализм — это всё-таки рабство. Притча, которая расставляет все точки над «i».

Капитализм — это всё-таки рабство. Притча, которая расставляет все точки над «i».

Нужно быть очень наивным человеком, чтобы верить в то, что бывшие рабовладельцы «вдруг» решили создать свободное общество, где каждый, соблюдая моральные принципы, мог стать равным или даже выше их по статусу. Однако большинство сторонников капитализма — защитников частной собственности на средства производства, именно так и думают, а посему почти каждый и грезит о своём «свечном заводике». Только вот незадача — в системе, в которой в обязательном порядке присутствует безработица, то есть всегда есть свободные рабочие руки, количество работодателей не превышает и пяти процентов…

В США и Великобритании количество работодателей составляет 2,2%. В целом по Еврозоне — 4,6%.

Ещё процентов шесть-семь «свободных предпринимателей», а все остальные — наёмные рабочие. То есть 90% населения в капиталистическом мире, платя налоги, отчисляя часть своей зарплаты на будущую пенсию, оплачивая из своего кармана услуги врачей и учителей, покупая по коммерческим ценам жильё и энергию, ещё и через свой труд оплачивают безбедную жизнь небольшой прослойке РАБотодателей. Но почему же многих устраивает такое положение вещей? На мой взгляд именно об этом эта притча.

Медленно рабы шли друг за другом, и каждый нёс отшлифованный камень.Четыре шеренги, длиной в полтора километра каждая, от камнетёсов до места, где началось строительство города-крепости, охраняли стражники. На десяток рабов полагался один вооружённый воин-стражник.
В стороне от идущих рабов, на вершине тринадцатиметровой рукотворной горы из отшлифованных камней сидел Кратий — один из верховных жрецов; на протяжении четырёх месяцев он молча наблюдал за происходящим. И что-то не очень нравилось ему в этом действе, что-то смущало, а что-то вызывало тревогу — рабы работали медленно, периодически в воздухе пахло агрессией и бунтом. Надо было что-то менять, но менять так, чтобы не ослабить, а наоборот, укрепить свою власть. Он понимал: достичь цели с помощью только физического насилия не удастся. Необходимо психологическое воздействие на каждого человека, на целые народы. Нужно трансформировать мысль людскую, внушить каждому: рабство есть высшее благо. Необходимо запустить саморазвивающуюся программу, которая будет дезориентировать целые народы в пространстве, времени и понятиях. Но самое главное — в адекватном восприятии действительности. Но как этого достичь? Не одну ночь провёл в раздумьях Демон Кратий. И в одну бессонную ночь его озарило.

Уже на следующий день на его наблюдательную площадку были приглашены остальные пять жрецов и фараон.
Перед собравшимися Кратий начал свою речь:

— То, что вы сейчас услышите, не должно быть никем записано или пересказано. Вокруг нас нет стен, и мои слова никто, кроме вас, не услышит. Я придумал способ превращения всех людей, живущих на Земле, в рабов нашего фараона. Сделать это, даже с помощью многочисленных войск и изнурительных войн, невозможно. Но я сделаю это несколькими фразами. Пройдёт всего два дня после их произнесения, и вы убедитесь, как начнёт меняться мир. Смотрите: внизу длинные шеренги закованных в цепи рабов несут по одному камню. Их охраняет множество солдат. Чем больше рабов, тем лучше для государства — так мы всегда считали. Но чем больше рабов, тем более приходится опасаться их бунта. Мы усиливаем охрану. Мы вынуждены хорошо кормить своих рабов, иначе, они не смогут выполнять тяжёлую физическую работу. Но они всё равно, ленивы и склонны к бунтарству. Смотрите, как медленно они двигаются, а обленившаяся стража не погоняет их плетьми и не бьёт, даже здоровых и сильных рабов. Но они будут двигаться гораздо быстрее. Им не будет нужна стража. Стражники превратятся тоже в рабов. Свершить подобное можно так.

Пусть сегодня, перед закатом, глашатаи разнесут указ фараона, в котором будет сказано: «С рассветом нового дня всем рабам даруется полная свобода. За каждый камень, доставленный в город, свободный человек будет получать одну монету. Монеты можно обменять на еду, одежду, жилище, дворец в городе и сам город. Отныне вы — свободные люди».

Когда жрецы осознали сказанное Кратием, один из них, самый старший по возрасту, произнёс:

— Ты — демон, Кратий. Тобой задуманное демонизмом множество земных народов покроет.

— Пусть демон я, и мной задуманное пусть люди в будущем демократией зовут.

Указ на закате был оглашён рабам, они пришли в изумление, и многие не спали ночью, обдумывая новую счастливую жизнь.

Утром следующего дня жрецы и фараон вновь поднялись на площадку искусственной горы. Картина, представшая их взорам, поражала воображение. Тысячи людей, бывших рабов, наперегонки тащили те же камни, что и раньше. Обливаясь потом, многие несли по два камня. Другие, у которых было по одному, бежали, поднимая пыль. Некоторые охранники тоже тащили камни. Люди, посчитавшие себя свободными — ведь с них сняли кандалы, — стремились получить, как можно больше вожделенных монет, чтобы построить свою счастливую жизнь.

Кратий ещё несколько месяцев провёл на своей площадке, с удовлетворением наблюдая за происходящим внизу.

А изменения были колоссальными. Часть рабов объединилась в небольшие группы, соорудили тележки и, доверху нагрузив камнями, обливаясь потом, толкали эти тележки.

«Они ещё много приспособлений наизобретают, — с удовлетворением думал про себя Кратий, — вот уже и услуги внутренние появились: разносчики воды и пищи».

Часть рабов ели прямо на ходу, не желая тратить времени на дорогу в барак для приёма пищи, и расплачивались с подносившими её полученными монетами.

«Надо же, и лекари появились у них: прямо на ходу помощь пострадавшим оказывают, и тоже за монеты. И регулировщиков движения выбрали. Скоро выберут себе начальников, судей. Пусть выбирают: они ведь считают себя свободными, а суть не изменилась, они по-прежнему таскают камни…»

Так и бегут они сквозь тысячелетия, в пыли, обливаясь потом, таща тяжёлые камни. И сегодня потомки тех рабов продолжают свой бессмысленный бег…

(по В. Мегре)

В капиталистическом мире заработная плата выплачивается за труд, а вся прибыль уходит на владельцев. Однако для того, чтобы система, основанная на таких принципах, хотя бы просто могла работать, нужны люди, которые не владели бы ничем. Они не являются собственниками средств производства, под которыми понимаются заводы и офисы, электростанции и нефтяные скважины, промышленное оборудование и сельскохозяйственные земли. Этот класс людей должен продавать свою способность к труду. Таким образом, “священное право на частную собственность” одного капиталиста, под которым он подразумевает защиту своей собственности на средства производства, подразумевает “священную” обязанность отказа от такой собственности для сотни наемных работников…

Related posts