Цитаты из книги«Эхопраксия» Питера Уоттса


И тут даже нет ничего радикального. В смысле любое слово, звук — слегка перепаивают тебе мозг. В этом его суть, мозг так функционирует. Человека программирует вообще всё.

…что такое Вселенная — голограмма или симуляция? А ее граница? Программа или всего лишь интерфейс? И если последний вариант правильный, то кто сидел с другой стороны и наблюдал за работой реальности? (Некоторые современные религии предсказуемо решили этот вопрос, подставив вместо ответа имена своих любимых богов, хотя Брюкс так и не уяснил,зачем всемогущему существу компьютер. В конце концов, любые вычисления подразумевают нерешенную задачу, еще не полученный итог. Существовал лишь один вид программ, где заранее известный результат никак не влиял на ценность исполнения, но Дэн так и не смог найти верующих, которые считали бы своего бога любителем порно.)

Собаки всегда будут показывать плохие результаты, если упорно принимать их за странный вид кошек.

Выпей. Так будущее проходит легче.

Мы попрощались с реальностью в тот момент, когда прогнали сенсорные сигналы через нервную систему. Хочешь ощутить Вселенную напрямую, без моделей и почеркушек? Стань простейшим!

Все животные, находящиеся под жестким давлением отбора, становятся настолько глупыми, насколько возможно.

Протяните руку к огню — и подсознательный рефлекс отдернет ее до того, как вы почувствует боль. Только когда разные цели вступают в конфликт — например, руке больно, но уронить горячий поднос на ковер не хочется, — пробуждается сознание и решает, какому импульсу подчиниться. Задолго до появления искусства, науки и философии у сознания была единственная функция — не просто выполнять двигательные команды, а связывать противоречащие друг другу побуждения

…все доказательства неминуемо сводятся к предположениям, не имеющим никаких доказательства.

Люди похожи на лягушек: убери что-то из их зрительного поля и они обо всем забудут.

Для себя каждый бессмертен; человек, может, и знает, что умрет, но никогда не сможет понять, что уже мертв.

Просто у людей есть одна очень дурацкая привычка: они считают, что осознали реальность если поняли аналогию.

Ты признаешь, что умрешь, и даже интеллектуально понимаешь это на каком-то уровне, но не веришь в свою смерть. Просто не можешь — такая мысль слишком страшна. Поэтому мы придумали чудесные небеса, рай, куда нас забирают после ухода в мир иной, либо с помощью твоих друзей и им подобных мы ищем бессмертие на чипе, или — если мы твердолобые реалисты — на словах признаем гибель и разложение, а на самом деле продолжаем считать себя вечными.

Интуитивный разум — священный дар, а рациональный — преданный слуга. Мы создали общество, которое чествует слугу, а о даре совсем забыло.

Идентичность постоянно меняется: каждую секунду ты превращаешься в кого-то другого, стоит новой мысли перепаять тебе мозг. И ты — уже другой человек, не такой, каким был десять минут назад.

«Я — колония микробов, говорящая сама с собой», — подумал Брюкс.

Большинство людей думают, что организмы развивают адаптивные черты в ответ на изменения в окружающей среде. Это чушь. Окружающая среда меняется, и выживают те, у кого уже есть необходимые адаптивные черты.

Монстры дают нам храбрость изменить то, что мы можем: они — наши воплощенные первобытные страхи и ужасающие хищники, которых можно победить, только приняв вызов. Боги же дают нам покой принять то, что мы не можем изменить: они существуют для объяснения потопов, землетрясений и всего того, что лежит вне зоны нашего контроля.

Ты сам знаешь, какой могущественной может быть наука. Тысяча лет на то, чтобы вскарабкаться от призраков и магии до технологии. И полтора дня, чтобы спуститься от технологии обратно, к призракам и магии.

Осознание вины экспоненциально распадается с расстоянием.

Просто у людей есть одна очень дурацкая привычка: они считают, что осознали реальность, если поняли аналогию. Когда упрощаешь нейрохирургию до уровня дошкольника, не стоит удивляться, что ребенок взял микроволновой скальпель и начал резать, пока никто не видит.

Никто не говорит, что тебе нужно вернуться на работу.

Стоит подумать о том, что делаешь, и все — ты облажался.

Таракан — это не оскорбление. Тараканы остаются в живых после взрыва ядерной бомбы; мы — существа с ободранной операционкой, мы настолько просты, что работаем в любых условиях. Мы как «калашниковы» думающего мяса.

— Ты же знаешь что если опуститься на достаточную глубину то все вокруг лишь числа? — Сенгупта ущипнула его за руку. — Ты думаешь реальность непрерывна? Думаешь на свете существует что-то помимо математики?

— Они управляют торнадо, Ли, как ты не понимаешь? Превращают людей в марионеток, моргнув глазом и взмахнув рукой. Им принадлежит половина патентов на Земле. Двухпалатники настолько же беспомощны, как тираннозавр в детском саду. Почему они уже не управляют нами?
— Ты сейчас похож на шимпанзе, который спрашивает, почему безволосые обезьяны, если они такие умные, не кидаются калом больше, чем другие.

Трансцендентность — это опыт, а не озарение.

Когда творишь из себя злодея, есть одно преимущество: тебе никто не возражает.

Я останусь здесь, пока там меняются роли и горят пожары.

Нигде вообще нигде нет социальной справедливости если только сам не возьмешь все в свои руки.

Могу признать: ты превратил некомпетентность в стратегию выживания.

Глист, может, и не такой умный, как его хозяин, но укрытие, еду и место для размножения он находит превосходно. Хорошие паразиты невидимы, а лучшие — незаменимы. Кишечные бактерии, хролопласты, митохондрии — все они когда-то были паразитами, невидимыми в тени огромных существ. А теперь хозяева не могут без них жить.

— И каково это, чувствовать, что наши жизни зависят от решений тех, кто не может представить собственную смерть?

Я верю в творящую силу, которая существует за пределами физической реальности. Верю, что именно она дала жизнь всему живому. И ты не можешь винить её за всю ужасную хренотень, которую творили, прикрываясь её именем.

Дэн, тебе нужно легче относиться к концепции личности. Идентичность постоянно меняется: каждую секунду ты превращаешься в кого-то другого, стоит новой мысли перепаять тебе мозг.

В конечном итоге наука — лишь корреляция.
Неважно, насколько эффективно она использует одну переменную для описания другой: ее уравнения по сути дела покоятся на поверхности черного ящика. (Святой Герберт, наверное, выразил это наиболее кратко, заметив, что все доказательства неминуемо сводятся к предположениям, не имеющим никаких доказательств.) Таким образом, разница между наукой и верой заключается в способности предвидения — не более, но и не менее. Научные озарения показали себя лучшими предсказателями, чем духовные, по крайней мере, в мирских делах. Они господствуют не потому, что отражают истину, а потому, что работают.

…все доказательства неминуемо сводятся к предположениям, не имеющим никаких доказательств. Таким образом, разница между наукой и верой заключается в способности предвидения — не более, но и не менее. Научные озарения показали себя лучшими предсказателями, чем духовные, по крайней мере, в мирских делах. Они господствуют не потому, что отражают истину, а потому, что работают.

Первый закон Ньютона — настоящая сука, переговоров не терпит.

— Иногда, когда сознание отключается, мы видим странные вещи. Опыт клинической смерти, знаешь?
«Почти».
— Светящегося туннеля не было.
— А его никто не видит, — Лианна взялась рукой за перекладины, — Мозг откалывает разные штуки, когда его включаешь и выключаешь. В такие моменты своим чувствам верить нельзя. — Она остановилась и повернулась, не убирая ладони с лестницы, — С другой стороны, а когда можно?

Протяните руку к огню — и подсознательный рефлекс отдернет ее до того, как вы почувствует боль. Только когда разные цели вступают в конфликт — например, руке больно, но уронить горячий поднос на ковер не хочется, — пробуждается сознание и решает, какому импульсу подчиниться.

— Я не знаю и не уверена, что смогу объяснить, — признала она.
— Да брось!
— Честно. Это как дзен, игра на фортепиано или быть сороконожкой на Небесах. Стоит подумать о том, что делаешь, и все — ты облажался. Надо попасть в эту зону.

Осталась природа. Она никогда никого не осуждала, ей было наплевать на хорошее и плохое, вину и невиновность. Природа заботилась лишь о том, что работало, а что нет, и привечала всех с одинаково эгалитарным равнодушием. Было достаточно играть по её правилам и не ждать пощады, если что-то пойдёт не по-твоему.

Чувства и интуиция — инструменты ограниченного охвата. Осознание вины экспоненциально распадается с расстоянием.

Люди вкладывают гораздо меньше усилий в анализ доказательств, которые подтверждают их точку зрения.

Ты же знаешь что если опуститься на достаточную глубину то все вокруг лишь числа? Ты думаешь реальность непрерывна?
Думаешь на свете существует что-то помимо математики?
Брюкс знал, что нет: вычислительная физика безраздельно властвовала еще до его рождения, и ее сентенции были столь же неопровержимы, сколь абсурдны Числа не просто описывали реальность: они и были реальностью, дискретными ступенчатыми функциями которые, идя по длине Планка, сглаживались до иллюзии материи.

Реагенты могут как угодно объяснять свою роль в реакции, но их точки зрения имеют мало общего с реальной химией.

Дэн покачал головой:
— Скрытый Супернет с тонкими настройками для манипуляций пешками, а также со специальным набором возможностей, заточенных под военное применение. И ты мне хочешь сказать, что он просто так взял и появился?
Мур слабо улыбнулся:
— Разумеется. Ни одна сложная, тонко отстроенная система не могла просто эволюционировать. Ее кто-то должен был создать.
«Черт».
— Признаюсь, я знаком с этим доводом, — сказал Мур. — Но никогда не думал, что услышу его от биолога.

Да, тут могут быть случайные элементы — квантовые вспышки, которые обеспечивают непредсказуемость поведения, но, подчиняя свои решения броску костей, свободы не обретёшь.

Лучше путешествовать с надеждой, чем прибыть на место.
Роберт Льюис Стивенсон

Наука зависит от веры. Веры в то, что правила не изменились, что до тебя все измерили правильно. Все, что наука сделала за время своего существования, — изучила крохотный осколок Вселенной и предположила, что остальная ее часть ведет себя так же.

Война учит нас не любить врагов, а ненавидеть союзников.
У. Л. Джордж

К сожалению, у Бога тоже есть планы, причем на всех.

Хороший способ, да? И разве так было не всегда? Просто подчинись парням в смешных шляпах, и, если все будет хорошо, хвала Господу. А если ты получил по голове, то только по своей вине — не так прочел Писание, не был достоин, твоя вера оказалась недостаточно крепка.

Не было легкого восхождения из псевдогравитации в невесомость. Теперь «Венец» разгонялся, врубил двигатели и поджал отсеки к бортам: сбежать от второго закона Ньютона было невозможно. Каждая ступенька преодолевалась с той же тяжестью, что и предыдущая; с каждым кольцом светящейся ленты падать было все дальше.

Еще раз. Появилось чувство медленно нарастающей инерции. Позади горели волокна, соединявшие «Венец» А мир впереди накренился на левый борт.
Нос корабля стал опускаться, медленно и торжественно, как падающая секвойя. Свет и тени играли на его гранях, пряча и высвечивая мириады углов, пока мимо мчались звезды. Вселенная перевернулась. Солнце взошло, достигло зенита и тоже упало.

Если же ответ на „почему“ оказывается настолько простым, что мы способны его понять, значит, он, скорее всего, неверен.

Я — колония микробов, говорящая сама с собой.

Нейроны отвечают, только когда с ними говорят, они не знают, почему.

Клетки мозга не разумны: разумен лишь мозг.

Дело титана — другие титаны.

Я говорю «армия» и ты сразу представляешь себе пехоту. Дронов, зомби боевых роботов. Тех, кого можешь увидеть. Но дело в том, что, если тебе понадобилась настолько грубая сила, значит ты уже проиграл.

— Вещи ломаются только по одной причине: из-за старой убогой техники. Импланты склонны к повреждениям меньше, чем твой собственный мозг.
— Значит, они работают безупречно, а потом какой-нибудь спамбот взломает их, и я с радостью побегу покупать годовой запас пены для кошачьих ванн.
— Слушай, хакнуть голый мозг гораздо легче, если ты об этом беспокоишься.

О ПИСАТЕЛЕ: Питер Уоттс Дата рождения: 25 января 1958 Жанр: Зарубежная фантастика, Космическая фантастика, Научная фантастика

мысли на память:

"На лишние деньги можно купить только лишнее. А из того, что необходимо душе, ничто за деньги не покупается.   Генри Торо"


"Множественность интерпретаций и даже конфликт интерпретаций являются не недостатком или пороком, а достоинством понимания, образующего суть интерпретации." П.Рикер

Related posts