Быть Человеком!? Что позволило нам стать самыми умными!?

"Стоит только поверить, что вы можете – и вы уже на полпути к цели." Теодор Рузвельт ©

Быть Человеком!? Что позволило нам стать самыми умными!?

Быть Человеком! Что позволило нам стать самыми умными?

Что за глупый вопрос, сразу скажет Читатель. Понятно, что в процессе эволюции произошло «прогрессивное развитие умственных способностей при наличии достаточного объёма мозга». Так даже в некоторых школах учат, с углублённым изучением биологии. Более искушенные добавят: у древних гоминид произошла некая мутация, которая была неразрывно связана с общественным образом жизни, способностью этому обучаться. В первую очередь, предвидеть в более широком спектре поступки соплеменников, манипулировать ими. Соблюдать полезный баланс альтруизма с эгоизмом.

Назовём это классической или базовой гипотезой, которую разделяло в конце ХХ века подавляющее большинство серьёзных антропологов. Главная идея в том, что разум у древних гоминид и приматов был заточен на добывание пищи самыми изобретательными способами. Например, извлечение её из очень труднодоступных мест или запоминанием времени созревания особо вкусных фруктов. Построением на этой основе расширяющихся миграционных маршрутов. Гипотеза называется «экологическим интеллектом».

Сегодня эта точка зрения пылится в чулане, не смогла объяснить: зачем приматам такой большой мозг? Ведь даже не очень сообразительные белки прекрасно справляются с похожими задачами по добыче пропитания, имея размер серого вещества… не более ореха, который прячут впрок. Сегодня в ходу другая теория, так называемого «социального интеллекта».

Она стала популярной, когда совершенно определенно выяснилось: размер мозга у приматов прямо пропорционален размеру социальной группы. Когда все соплеменники (в отличие от стадных животных) знают друг друга в лицо, помнят социальный статус каждого. На этом базисе строят определённые взаимоотношения. Всё как у людей. Вроде бы…

(Иллюстрация из открытых источников)
(Иллюстрация из открытых источников)

Теория разума.

Но прорех в гипотезе «социального интеллекта» тоже немало. Пока не может достоверно объяснить: что стало тем самым «прыжком», который позволил человеку отбиться от древа «социальных гоминид и приматов», превратиться в «ультра-социальное» существо. Начав формировать принципиально разные по своей структуре коллективы. Когда в одну эффективную группу собираются не только кровные родственники. А особи с другими традициями, нормами поведения, способами добычи пищи, иерархией и системой отношений внутри группы, устройством семьи.

Можно до бесконечности удивляться, как сложно устроены коллективы современных обезьян. Но такой социальной гибкости у них нет. Многими экспериментами создать не удалось. Каждый вид знает только один-единственный способ социальной организации. Если встречаются «культурные» различия между группами, то касаются лишь непринципиальных мелочей. Ни в какое сравнение с приспособляемостью Homo sapiens — не идут.

То есть, мы обладаем каким-то набором интеллектуальных способностей совершенно другого плана. Внятная речь — это только очень далёкое следствие процесса эволюции. Прежде чем научить эффективной коммуникации и полноценному обучению детенышей, нужно было понимать не столько поступки соплеменников, сколько их мысли и желания. Это и есть пресловутая «теория разума». Способности такого рода просто обязаны проявляться в самом раннем детстве. Когда идёт активный период обучения, социальной адаптации на фоне физической беспомощности.

(Иллюстрация из открытых источников)
(Иллюстрация из открытых источников)

Как появились

у людей такие способности? Есть две альтернативные точки зрения. Первая называется «гипотеза общего интеллекта», предлагает плавный и равномерный путь развития мышления в целом. Вторая более смелая, намекает на специфическое, узконаправленное развитие именно социально-культурных способностей.

Все остальные эволюционные достижения человека (абстрактное логическое мышление, выявление причинно-следственных связей физического мира) развились позже. Были не особо принципиальны для эволюции интеллекта, служили своеобразным бонусом или факультативом. Это и есть «гипотеза культурного интеллекта».

Если упростить задачу и разложить её на понятные компоненты, проблема формулируется так: каким было магистральное направление эволюции человеческого разума? Мы становились «умнее» в процессе: больше коры — больше памяти — быстрее обучение — выше быстродействие «процессора»?

А окультуривание происходило по мере необходимости, постепенно оснащая мозг более продвинутыми программами сложного «софта». Или же эволюция совершила рывок в строго определённых, социально-ориентированных умственных способностях? Всё остальное кое-как догоняло эту выдающуюся способность и приспособление.

Первая «гипотеза общего интеллекта» выглядит более фундаментально и правдоподобно. Её сторонники очень не любят адептов «гипотезы культурного интеллекта»… по причине появления в ней продвинутых клерикалов. Немедленно развивших несколько теорий «божественного вмешательства» в процесс эволюции. Выдачи «дара с небес» предкам человека. Но это сегодня оставим за бортом, постараемся обойтись без потусторонних сил.

(Иллюстрация из открытых источников)
(Иллюстрация из открытых источников)

Эксперимент.

Группа антропологов из Германии, Испании и США провели одно замечательное исследование, не без доли юмора столкнув лбами две версии эволюции человеческого интеллекта. Авторы рассудили: если верна «гипотеза культурного интеллекта», значит экспериментально можно нащупать в индивидуальном возрасте человека некую отправную точку. Когда по «физическому» интеллекту мы ещё не отличаемся от высших приматов. Но делаем стремительный рывок в «культурно-социальном» развитии. Забегая вперед, скажу… соответствующий возраст был найден.

В эксперимент включили представителей трёх видов приматов: 106 шимпанзе (в возрасте от 3 лет до 21 года), 32 орангутана (3-10 лет) и 105 человеческих малышей (в возрасте от 2,5 лет плюс-минус два месяца). Все прошли большой набор тестов, разделённых на две категории: «физические» и «социальные».

Логика тестов такова: способность ориентироваться в физическом мире у приматов развивается (преимущественно) в контексте добывания пищи. Наши двоюродные братья решают при этом три сложные задачи:

  • ориентирование в пространстве (найти пищу);
  • количественная оценка (выбрать лучшие из множества возможных источников пищи);
  • причинно-следственные механизмы (способность извлекать пищу из труднодоступных мест, использование орудий).

Для адаптации в социальной группе приматы тоже решают задачи трёх типов:

  • «коммуникационные» (влияние на поведение соплеменников);
  • образовательные и обучающие;
  • механизмы «теории разума» (предвидение чужих поступков).
Результаты эффективности решения «физических» и «социальных» задач тремя группами испытуемых (Иллюстрация из открытых источников)
Результаты эффективности решения «физических» и «социальных» задач тремя группами испытуемых (Иллюстрация из открытых источников)

Не буду утомлять шестью этапами исследования и описанием задач, которые решали испытуемые. Перейдём к результатам. На картинке в категории «В» видны «кружки». Они обозначают результаты, которые резко выбивались из «типичного» диапазона для данного вида.

Итак. Дети и шимпанзе одинаково успешно справились с «физическими» задачами, немного опередив орангутанов. Последним хуже дались «пространственные» и «причинно-следственные» задачи. Хотя оценку «количественных задач» не провалили, все три вида тут показали равные результаты. В тестах, где подразумевалось использование орудий… безоговорочно лидировали шимпанзе, далеко обойдя детей в изобретательности.

Зато в «социальной» сфере наша малышня продемонстрировала полное превосходство над обезьянами (шимпанзе и орангутаны показали одинаковые результаты). Смотрим на «кружки» в панели «В». Такой разнобой в категории «human» развеселил весь научный мир. Среди детей выявилось несколько «особо тупых» особей, среди обезьян — несколько «особо гениальных».

Гендерные особенности тоже проявились отчётливо. Если результативность в решении «социальных задач» у обоих полов была одинаковой, то в решении физических задач (у людей) девочки оказались способнее мальчиков. У шимпанзе — наоборот.

Кстати, тоже загадка некоторая. Дети в ходе тестирования вели себя более робко. К появлению новых предметов и головоломок проявляли на порядок меньше интереса, чем обезьяны. У детей корреляции между темпераментом и результативностью не обнаружилось. Но вот среди их соперников по исследованию, более смелые шимпанзе лучше справлялись с физическими задачами.

(Иллюстрация из открытых источников)
(Иллюстрация из открытых источников)

Что доказали-то?

Если широко ответить… то результаты больше свидетельствуют в пользу «гипотезы культурного интеллекта». Не без оговорок, само собой. Абсолютно строгим доказательством этот эксперимент научный мир не признал. Но крепко закручинился. Потому что некоторые «нобели» придётся вернуть, учебники по эволюционной и прикладной психологии — переписать.

Полностью стало понятно: люди отличаются от обезьян не какими-то специфическими, социально-ориентированными интеллектуальными способностями. А всего лишь одним, очень концентрированным общим умением. Способностью разбираться в скрытых от непосредственного наблюдения причинах явлений. Особенно — в мотивации и смысле чужих поступков.

Авторы сами признались, что «чистым» эксперимент признать нельзя. Все тесты проводились… людьми, особенно это касается «социального» блока. Когда испытуемые должны были находить правильную интерпретацию в поведении учёных. Само собой, маленькие люди лучше справлялись с этим, чем представители других биологических видов.

Сейчас это пробел устраняют, регулярно в научных журналах появляются статьи, где «социальные» тесты ставятся в видовых модификациях. Подопытные обезьяны должны понимать смысл поступков своих сородичей, а не людей. И публикуемые данные говорят: этот фактор межвидового различия не особо решающий, на результативность влияет мало. Что приводит к другим забавным выводам: если обезьяна не сделала правильных умозаключений из наблюдений за поведением человека, не сделает их, наблюдая и за сородичем.

(Иллюстрация из открытых источников)
(Иллюстрация из открытых источников)

Теперь к скользкой теме «божьего дара», как некоторые «антропологи» в платьях пытаются представить «гипотезу культурного интеллекта». Главный вопрос… когда? На каком этапе эволюции наши предки приобрели эти не свойственные обезьянам «социально-ориентированные» интеллектуальные способности? Пока идёт речь об огромном промежутке времени, 1-2 миллиона лет назад.

Но совершенно точно, когда наш вид миновал стадию архантропов (Homo erectus). У этих гоминид таких способностей не могло быть, мозг рос очень быстро. Явно развиваясь по «обезьяньему» сценарию. Осталось найти достаточное количество фактов, которые безапелляционно скажут: у «эректусов» не было значительных социально-культурных различий между группами. Пока слишком мало данных у палеоантропологов, увы.

Но уверен… недалёк тот день, когда нащупают ту самую точку «эволюционного прорыва». После прохождения которой главным стимулом развития умственных способностей вида «Homo» стали сложные общественные отношения…


Related posts

Leave a Comment

5 × пять =