Алтай. Пойти туда – не зная куда?

"Ваше сознание – мелкий безбилетник на трансатлантическом лайнере, который ставит эту поездку себе в заслугу и не обращает внимания на все громоздкие машины под ногами." Дэвид Иглмен

Алтай. Пойти туда – не зная куда?

Еще в мае 2016 года, в процессе исследования петроглифов долины Чуи, мы познакомились с жителем села Белый Бом – Владимиром Васильевичем Ачаповым, который показал нам несколько галерей наскальных рисунков в окрестности своего селения. Он же и рассказал нам о пещере, располагающейся в левобережье Чуи напротив Белого Бома, которую местные называют «Чуйской». Тогда, в мае мы даже доехали до лога, из которого, по словам Владимира, начинается тропа к пещере, но само посещение этого объекта в тот день мы отложили до осенней экспедиции. Так оно и получилось.

Белый Бом
Белый Бом

В начале сентября мы неделю путешествовали по Катунской и Чуйской долинам. Ранним утром из лагеря, который обустроили в окрестности села Инегень, мы выехали на поиски, так называемой, Чуйской пещеры. Погода была чудесная, настроение в предвкушении нового открытия, было замечательным. Перед селом Белый Бом, мы свернули направо, переехали по деревянному мосту реку Чуя и, свернув налево, еще преодолели метров семьсот до предполагаемого начала тропы. Оставив машину у северного склона скального массива, поросшего в нижней части сосново-березовым лесом, мы двинулись на поиски тропы. Клещей в конце лета уже не было, поэтому мы отправились в пещеру всей семьей. Как выяснилось в процессе, четкой тропы к пещере не вело, но временами среди растительного покрова она все же просматривалась, вновь теряясь на отдельных участках. Сначала путь идет почти серпантином по крутому подъему и представляет собой тоннель, который образуют заросли кустарников, смыкаясь своими кронами. Да и тоннель этот для троллей или гномов – маленьких жителей сказочного леса, поэтому приходилось в этом участке пути идти в наклон. Все преимущества пути были у нашего пятилетнего Ярослава, который всячески старался облегчить нам дорогу, придерживая ветки маральника.

Где-то в середине подъема перед скальным склоном с достаточно большим уклоном, наша «то есть – то нет» тропа совсем исчезла. В этом тупике мы с Ярославом и рюкзаками остались сидеть, а Слава отправился на поиски удобного для путешествия с ребенком прохода к пещере. Весь предыдущий участок пути, вид на окрестности закрывали то заросли маральника, то кроны сосен и берез, поэтому мы не могли видеть, как изменяются с высотой привычные пейзажи и давно знакомые нам объекты. А виды, открывшиеся нам с высоты левого борта долины Чуи, были не то, что другими – они были грандиозными, масштабными и, что самое главное – новыми. Отсюда с необычного ракурса был виден весь скальный Белобомский массив, Чуйский тракт, причем, старый и новый, долина Чуи. Машины, двигающиеся по тракту, были черными точками, а людей увидеть вообще было невозможно. Величиной с наперсток был, ставший уже знаменитым, памятный комплекс, посвященный водителям Чуйского тракта.

Через некоторое время вернулся Слава, и мы двинулись дальше – навстречу с еще одним чудом Алтая. Он держал за руку Ярослава, а я несла впереди себя и сзади по рюкзаку. Преодолев скальный участок, мы вышли на своеобразный «прилавок», где долго сидели, отдыхая, пили чай и любовались видами. В воздухе стоял невероятный осенний аромат, легкий ветерок снимал напряжение от подъема. Это путешествие к пещере было с одной стороны обычным для нас – мы много ездим, исследуем, а с другой – мы шли «туда – не зная куда», отчего это наше путешествие было окрашено еще и некой таинственностью.

Отсюда уже хорошо была видна серая скальная стена, где, по нашему предположению, был вход в пещеру. Отдохнув, мы двинулись дальше, но подход к самой известковой стене преграждал своеобразный «крепостной вал» из сплошных зарослей шиповника и крыжовника. Кусты крыжовника были усыпаны желтоватыми сочными ягодами, а шиповника – крупными продолговатыми красными плодами. Между колючей преградой в виде кустарников и скалой было узкое пространство, приблизительно в метр шириной, усыпанное каменистой крошкой, где отсутствовала растительность. Здесь мы оставили ненужные в пещере вещи и долго фотографировали пещерное отверстие.

Достаточно большой вход в пещеру снизу украшал молодой куст крапивы двудомной, который своей свежей зеленью скрашивал желтоватые стены пещеры. Чуть далее от входа среди прохода лежит большой прямоугольный камень в тон пещерных окрестностей. Справа как бы высовывался из пещерной «стены», словно драгоценный кристалл, еще один большой «граненный» камень светло-желтого цвета. Чуть выше, выпячивался наружу другой, зеленоватого цвета камень. Стоит отметить, что таких инородных основной горной породе, что образует стены пещеры, было много – все они разной формы, размеров и, соответственно, минерального состава. Далее, после короткого коридора следует просторный каменный зал, где, приглядевшись, можно рассмотреть весь скальный интерьер. Справа, наше внимание привлекла каменная фигура, схожая с неким пещерным персонажем, который находился на некотором возвышении, относительно пола пещеры. Больше всего этот камень напоминал чью-либо голову, например, каменного ящера, а тело его, видимо, еще «не вышло» из правой части известковых чертог пещеры.

Длина этой каменной головы, обращенной в сторону входящих, составляла около метра, форма его почти прямоугольная, ширина по короткой грани не более 40 см. Между этим «каменных хозяином» помещения и стеной, был настил свежей зеленой травы, видимо принесенный сюда совсем недавно. Наличие свитых гнезд по небольшим нишам в пещерных стенах и травяного настила, говорит о некой «комфортности» этой пещеры для местных ее обитателей. Еще в «пещерной комнате» были и другие интерьерные решения в виде округлых углублении, ниш, гротов и т.д. Просторный каменный зал сужался и дальнейший путь вглубь пещеры был привален большим камнем, но проход туда все же есть, иначе это была бы не пещера, а грот.

Мы со Славой много фотографировали, а Ярослав бегал от меня к отцу и обратно, поэтому его счастливое лицо, было и на моих и на отцовских кадрах. Выйдя из пещеры, мы допили чай, к которому прикладывались в течение подъема, а потом «припали» к кустам крыжовника. Набранных и разложенных по карманам, ягод хватило почти на добрую половину обратного пути. Внизу, в «березовом подоле» борта Чуйской долины, мы набрали еще и букетики костяники. Немного отдохнув, и переобувшись, мы выехали в направлении кафе. Еще не обследованными оставались небольшие гроты, что располагаются в Белобомской скале ниже полотна Чуйского тракта, которые хорошо видны с левого берега Чуи, их нам так же показал Владимир Васильевич. Но это совсем другая история, которую нам еще предстоит прожить.

Источник



"Дорога, ведущая к успеху, вечно обновляется. Успех — это поступательное движение, а не точка, которую можно достичь. Энтони Роббинс"

Related posts