«Альфред Хейдок — посланец Братства»

"Как только сами поверите, так и реальность поверит. И вот тогда случится чудо." Вадим Зеланд ZM
Добавить информацию в закладки (Bookmark)(0)

«Альфред Хейдок — посланец Братства»

Рассказать обо всей жизни Альфреда Петровича невозможно. Я расскажу вам лишь о том периоде, который прошёл на моих глазах, и прошёл на Алтае. Свой последний в этой жизни переезд он совершил в возрасте 89 лет. Обмен его квартиры не состоялся, поэтому он жил у моей матери, как квартирант. Так судьба распорядилась, что у него к глубокой старости не было своего угла, не было письменного стола, радиоприёмника, даже холодильника до сих пор нет. Зато были личные вещи, кото рые служили ему верой и правдой: десятки лет радовался он книжному шкафу, который купил на базаре, кресло, которое было давно списано и старенькая кровать, на которой он отдыхал, болел, на ней же и умер. Что касается остального, то друзья его обували, одевали, поддерживали посылками, денежными переводами, а ценными бандеролями приходило лекарство.

Итак, он поселился на Алтае летом 1981 года. Об Алтае он мечтал, и ехал к нему долго, полжизни, так что на осуществление своей мечты потребовалось более 40 лет. И прожил на этой земле, названной академиком Рерихом жемчужиной Азии, ровно девять лет, девять зим. Что же было им сделано, написано, чем и как он нас обогатил, тех, кто начинает знакомиться с его творчеством и тех, кому посчастливилось видеть и слушать его?

Чтобы не перечислять одни названия, назову лишь то, что было им написано, вернее, продиктовано за последний период жизни. Это 4 повести, 3 рассказа, было написано 9 достоверных историй, из цикла «Радуга чудес» и 40 эссе, т.е. 40 научно-публицистических очерков. Конечно, была ешё работа с письмами корреспондентов, беседы с друзьями, это и вычитывание рукописей, ранее написанных, с авторскими добавлениями, исправлениями.

Творчество Альфреда Петровича, т.е. то, что уцелело, его архив начинается со стихотворения «ВСТРЕЧА». Эта маленькая миниатюра, чудом сохранившаяся, по-прежнему восхищает. В ней всего несколько строчек, а написана она была в Харбине, в 1930 году, автору шёл 38-й год.

«Встреча»

Посвящается Рабиндранату Тагору.

Ты пришла ко мне в сновидении такая маленькая, совсем ещё подросток и, точно в неуверенности — я ли это — робко прильнула к моей щеке прохладными устами. Вероятно, перед этим ты погрузила их в росистые звёзды разноцветных жасминов, и от того они стали так свежи, чисты и прохладны.

И тогда сила, сокрушающая и страшная сила, медленно повернула мою упрямую и сопротивляющуюся голову так, что мои губы очутились возле твоих, и ты их не отнимала…

Для того, чтобы так целовать, нужно встать на заре и с высокого холма долго глядеть, как дороги, желтея, убегают по холмам; как реки, сереброчешуйчатые, быстрокрылые уносят паруса, а затем — запрокинуть голову и долго вглядываться в небесную синь.

(г.Харбин, 1930)

В апреле 1934 года состоялась его первая встреча с Николаем Константиновичем Рерихом. И с тех пор его творчество получило другое направление, пронизанное идеями Кармы и перевоплощения.

Живя на Алтае, Альфред Петрович много путешествовал. Побывал в Ленинграде, Усть-Каменогорске, в городах Щучинске, Челябинске, Калиниграде (областном) и его окрестных городах: Советск, Светлогорск, Светлый. Был в Москве и Новосибирске. Он любил повторять фразу: «Путешествие полезно всегда».

В 1984 году состоялась встреча со Святославом Николаевичем Рерихом в Москве, а через два года он снова едет в столицу, в институт микрохирургии глаза — он хотел вернуть себе зрение. Встречи с друзьями, свои переживания он описал в очерках «Записки слепого паломника» и «Моё путешествие на Запад».

Радость возвращения домой и последующее пребыва ние на Алтае было омрачено тем, что в январе 1987 года нашу квартиру посетила группа людей, вернее работники правоохранительных органов, которые потребовали им выдать часть рукописей, его оригиналы, переводы, взяли бумагу, копирку, увезли пишущую машинку и оштрафовали нас, с меня взяли расписку, что впредь ничего не распространять и в течение месяца устроиться на любую работу, будто уход за инвалидом 1-й группы по зрению не является трудом.

Но и после этого городские власти не успокоились: прокурор вызвал к себе и советовал переехать в другой город, Альфреда Петровича отправить в дом престарелых. Так депутат городского совета говорила: «Пусть он собирает чемодан, а с машиной я помогу».

Но Альфред Петрович не собирался переезжать в дом престарелых, и мы знали, что власть имущие не посмеют насильно это сделать. Мы остались жить в своей квартире и все наши силы (физические, моральные и психическая энергия) направили на борьбу с беззаконной конфискацией нашего имущества. Борьба продолжалась 1,5 года. В конце 1988 года нам всё возвратили. Правда, рукописи были возвращены в одном экземпляре, и на мой вопрос: «Почему и где остальные экземпляры?», прокурор ответил: «Напечатаете!»

На следующее утро я пошла на телеграф, чтобы известить наших друзей о полной победе. Телеграфистка не хотела принимать пачку телеграмм, ссылаясь на то, что они (текст) напечатаны на машинке, а главное — её смущал текст своей лаконичностью, в нём она усмотрела тайный умысел и боялась пропустить шифровку. Вот текст той телеграммы: «Полная победа. Машинка, литература возвращены 26 мая 1988 г. Хейдок».

Борьба с беззаконным изъятием наших рукописей и пишущей машинки не приостановили творческого горения писателя. Он продолжал диктовать. Запомнились такие эссе, как «Ведите себя верхним путём», «Единая жизнь», «Огонь», «Духовность», «Дальние миры», «Иерархия».

Для своих друзей текст приходилось переписывать от руки.

Но Альфреда Петровича не только травили, были и светлые полосы в его жизни. Так, например, после публикации в газете «Литературная Россия» (См. «ЛР» № 28 (1380) от 14 июля 1989; А.П.Х. стал лауреатом «ЛР» за 1989 г.), двух его рассказов: «Безумие жёлтых пустынь» и «Шествие мёртвых» стали приходить письма, телеграммы, посылки, просьбы прислать автограф, предложения из редакций и издательств. Мы всем старались ответить, кому коротко, а кому обстоятельно. Помимо писем и телеграмм с просьбой принять их, стали приезжать телевизионщики. Трижды приезжали из Москвы, запомнилась группа из Бийска, Свердловской студии документальных фильмов, были представители от Кемерова, Калининграда (областного). Неизгладимыми остались съёмки в г.Челябинске (март. 1989), Альфреда Петровича снимали японской техникой, а сам он был одет в японское кимоно.

Приезжали из Краевого радио, экспромтом взяли интервью, и оно почти без изменений вскоре пошло в эфир. Эта передача Краевого радио повлекла за собой новый поток читательских писем, телеграмм, доброжелательных открыток со словами благодарности и поддержки. И тогда Альфред Петрович продиктовал один общий ответ, своего рода трафарет. Приведу его полностью.

Дорогие мои корреспонденты!

Всех вас от всего сердца благодарю за добрые слова, сказанные в мой адрес и с грустью добавляю, что я не в состоянии ответить на ваши письма, хотя очень хотел бы.

Дело в том, что я являюсь инвалидом 1-й группы — полностью потерявшим зрение. Кроме того, мне 97 лет.

Я не могу ни читать, ни писать, а должен диктовать свои письма секретарю Людмиле Ивановне Вертоградской, которая одновременно является также и моей няней, водящей меня под руку на прогулки и ведающая всеми моими нуждами.

Часть моей корреспонденции она ведёт самостоятельно.

Время от времени я диктую ей очередное эссе или рассказ. Понятно, что при таком положении нет у неё возможности ответить на всё увеличивающийся поток писем…

Потому, простите мне краткость моих ответов, а чаще всего — полное их отсутствие. Поймите и простите.

Мои друзья ведут переговоры в издательствах об издании моих книг.

Ещё раз благодарю за ваши добрые слова и пожелания — я их высоко ценю, они мне дороги.

В утешение скажу, что буду вам вместо писем посылать мысли блага любви и сотрудничества и прошу ответить мне тем же. Наши мысли — наши духовные дети. Они живы и дееспособны.

г.Змеиногорск, 24.07.-25.07 1989 г.
Альфред Хейдок

Итак, при жизни Альфред Петрович успел подписать два договора. Первый — с Дальне-Восточным книжным издательством на издание книги «Звёзды Манчжурии» и второй — с Южно-Уральским книжным издательством, где будет собрана его проза, очерки из серии «Агни Йоги» и несколько достоверных историй из цикла «Россыпь чудесного». Оба издательства обещали издать эти книги в 1990г.

Альфред Петрович часто повторял, что хочет умереть на коне, когда конь на полном скаку. Его желание исполнилось: он умер в год Коня, в год, когда его слава начала набирать силу. Конечно, осталось много нереализованных творческих планов. Он до последнего дня мечтал обрести зрение, видеть лица людей, увидеть краски Земли и Неба.

Вся его жизнь прошла напряжённо, но всем своим творчеством, особенно это видно в его рассказах и повестях, он воспевал самоотверженную любовь, и такие чувства, как преданность, верность своим идеалам. Несмотря на преклонный возраст и полную слепоту его последняя повесть «О чём умолчало Евангелие от Иоанна?» или её второе название «Грешница» можно смело назвать «Гимном Любви». Написано сочно, с молодым задором и очень талантливо.

Подводя итог его долгой и трудной жизни, скажу, что при жизни было опубликовано всего 7 рассказов, 1 эссе, и одна-единственная история из цикла «Радуга чудес». Много рукописей до сих пор лежат в редакторских столах, в таких городах, как Барнаул, Рига, Бийск, Москва, Кемерово, Владивосток, Хабаровск, Одессе, Калининград, Новосибирск. Возможно нет бумаги, нет денег, но читательский спрос растёт, хотя наше отношение к таланту известно. Другой поэт, в другом веке написал: «Они умеют любить лишь мёртвых».

В заключение я отвечу на вопрос, который могут задать мысленно или изустно. Одному корреспонденту Альфред Петрович писал: «Вы спрашиваете меня, какой я веры? Отвечаю со всею серьёзностью, что я верю в те великие основы, на которых построены все великие мировые религии — основы, которые являются общими для всех них. Ведь все религии требуют высокой нравственности, учат любить и помогать друг другу… В каждой женщине следует почитать великое Вселенское Женское Начало — начало возрождающее.

«Восславим женщину-мать», — говорил Максим Горький. Тем более, что мы вступаем в эру женщины, которой суждено стать вполне полноправной наравне с мужчиной».

В другом месте Альфред Петрович описывает свою мать так: «Хозяйством, в котором имелась лошадь, несколько коров, овец и прочей живности, управляла мать. Изумительная женщина, о которой я всегда вспоминаю с благоговением. Ласковая, добрая, с раннего утра до позднего вечера, всегда в движении, в труде. С руками в мозолях и трещинах, она огрубела от тяжёлой работы, но сохранила светлую устремлённость ко благу и красоте. Каждую весну она находила силы и время, чтобы насажать большие клумбы цветов. Она любила природу, любила животных.

Помню, как она позвала меня, ещё маленького на луг, и раскрыв ладонями высокую траву, показала мне птичье гнёздышко, полное маленьких пёстреньких яичек. Они были восхитительно красивы, но мать, прежде чем показать, взяла с меня слово, что я не буду дотрагиваться до гнезда, не буду дышать на него, иначе птичка-мать не вернётся на гнездо, бросит его».

Писателя уже нет среди нас, но он незримо присутствует. Сказано: «Слияние в духе — что может ему помешать?» Ведь наши мысли, наша память о нём нерасторжимы с его творчеством, его Обликом. Так будем вспоминать Посланца Белого Братства светло и радостно, ведь он сам пишет: «Наши мысли — наши духовные дети. Они живы и дееспособны».

Л.И.Вертоградская,
г.Змеиногорск, Алтайский край
Послесловие редакции

В 1987 в мае в СССР побывал С.Н.Рерих и Агни Йога официально вышла из подполья, но тем не менее «на местах» бдительные службисты ещё целый год продолжали травить лучших людей и не давали им возможности работать и даже жить…

Мы (нынешняя ред. вестника «Святогор») с этого года — 1987 — начали приобретать ксерокопии Уч. Ж.Эт., Блаватской и множество иной духовной литературы и с удивлением замечали неискоренимый страх в глазах и поведении людей, с кем встречались (что говорить — наши родители, пережившие войну и времена доносов до конца жизни говорили шёпотом о политике и о государственных деятелях!)

Л.И. рассказала на фестивале, что она познакомилась с А.П.Х. в г. Балхаш, где он прожил 28 лет, работал библиотекарем. Её отец увлекался историей и на этой почве сошёлся с А.П.Х.. Она ещё училась в школе (позже закончила два ВУЗа — Водного хозяйства и Литературный). Однажды АПХ порекомендовал ей прочесть книгу «Озарение» (она её нечаянно нашла в библиотеке), но её отец категорически запретил ей это… Вскоре после этого отец умирает после тяжёлой болезни… В 1981 году она с матерью переехала из Балхаша в Змеиногорск и они взяли с собой А.П. Хейдока в качества квартиранта. Там прошли последние 9 лет его жизни — на предреченном Рерихами Алтае.

Л.И.Вертоградская Опубликовано: вестник «Святогор»,
№5 (32) 2003 г.






Поделиться ссылкой:


Объявление беZплатно! + Ваше Объявление




Мысль на память: Хорошее управление состоит в том, чтобы показывать обычным людям, как сделать работу превосходных людей.

ИНФОРМАЦИЮ БЕzПЛАТНО! + Ваша Информация

Zmeinogorsk.RU$: ^Град ОбречЁнный^ -Информация- Земля Неизвестная!?

Уzнать: Этот День в Истории!

Related posts

Leave a Comment

четыре × 3 =