На выборах во Франции победу одержали не ультраправые, а Россия и Израиль

"Выживает не самый сильный, а самый восприимчивый к переменам." Чарльз Дарвин

"Человек создан, чтобы жить в обществе; разлучите его с ним, изолируйте его – и мысли у него спутаются, характер ожесточится, сотни нелепых страстей зародятся в его душе, сумасбродные идеи пустят ростки в его мозгу, как дикий терновник среди пустыря. Дени Дидро, «Монахиня»"


Директор Исследовательского центра TRT World, доктор Тарек Черкауи (Tarek Cherkaoui) написал для Anadolu Analiz статью о ребрендинге ультраправых во Франции и возможных последствиях их успеха на выборах.

Все началось с того, что французские крайне правые добились беспрецедентного успеха на выборах в Европарламент (ЕП), получив больше мест и голосов, чем все остальные французские партии. Эта победа ультраправых во Франции, хотя и важна, но на самом деле не имеет большого значения в нормальных условиях, поскольку выборы в ЕП, как правило, отмечены меньшим уровнем участия, чем выборы в стране, и меньшей степенью прямого влияния на национальную политику.

Вместе с тем неожиданные результаты оказались достаточно значительными, чтобы подтолкнуть президента Франции Эммануэля Макрона к принятию непредвиденного решения. Французский лидер предпочел не ждать более подходящего момента, а вместо этого призвал провести досрочные парламентские выборы в стране 30 июня 2024 года. Это решение, принятое без обширных консультаций с ключевыми советниками, такими как премьер-министр Габриэль Атталь, было воспринято всеми как безрассудный шаг.

В конечном итоге эта авантюра не дала партии Макрона хороших результатов. В первом туре парламентских выборов во Франции коалиция французского лидера заняла третье место с 20% голосов. Такое положение вещей, пусть и нечаянно, усилило политическое влияние крайне правых. Партия Марин Ле Пен (Marine Le Pen) “Национальное объединение” набрала в первом туре 29,24% голосов и движется по пути к тому, чтобы во втором туре 7 июля получить ранее невиданное количество мест в парламенте. Тем временем центристские партии, прежде всего коалиция Макрона “Вместе за республику”, оказались на грани краха.

Это не сюрприз

На самом деле центристские партии во Франции уже давно продолжают терять голоса. На многих последних выборах в стране французский политический ландшафт был отмечен отходом от традиционных политических партий в предпочтениях избирателей. Например, партия “Республиканцы”, которая считается преемницей партии Шарля де Голля и представляет традиционных правых, находится на грани исчезновения. Эта политическая сила и ее партнеры в первом туре смогли получить лишь 6,57% голосов.

Администрацию президента Макрона обвиняют в косвенном поощрении роста ультраправых идеологий во Франции. Макрон сталкивается с критикой за то, что подход, принятый им с момента избрания в 2017 году, легитимировал ультраправую риторику. Спорное интервью Макрона крайне правому журналу Valeurs Actuelles в 2019 году, в котором французский лидер обсуждал такие острые темы, как миграция, ислам и национальная идентичность, стало первым тревожным сигналом, указывающим на данную тенденцию. Кроме того, назначение Макроном Жеральда Дарманена (Gerald Darmanin) министром внутренних дел, учитывая резонансные заявления Дарманена о мусульманах, было воспринято как ориентация на крайне правых избирателей. Этот предполагаемый сдвиг в сторону крайне правых идеологий стал еще сильнее с принятием закона о сепаратизме в феврале 2021 года и сигнализировал о значительных политических изменениях.

Более того, французские крайне правые на протяжении многих лет получали значительную помощь и от богатых медиамагнатов, таких как Винсент Боллор (Vincent Bollore), которые использовали свои влиятельные и распространенные платформы для поощрения культурных войн, проводимых расистами на телевидении, в социальных сетях, газетах и мозговых центрах. Такое влияние постепенно сдвинуло границы допустимого политического дискурса во Франции и переориентировало его в большей степени в сторону крайне правых идеологий.

Международная поддержка и ребрендинг

На международной арене Россия и Израиль оказались в выигрыше от победы ультраправых. Например, Марин Ле Пен уже давно ассоциируется с Кремлем. Связь Ле Пен с Россией, особенно в начале украинского конфликта, даже несколько повредила ее имиджу в общественном мнении. В интервью 2017 года крайне правый политик откровенно поддержала действия России в Крыму и отметила, что Кремлю было бы выгодно ее избрание президентом.

Более того, ни для кого не секрет, что Ле Пен получала щедрые кредиты на предвыборную кампанию от банков, связанных с Москвой. В 2014 году “Национальный фронт” получил российские кредиты на сумму 11 миллионов евро. Один из них на сумму девять миллионов евро был предоставлен Первым чешско-русским банком. Однако Марин Ле Пен, будучи хитрым политиком, предпочла погасить эти кредиты до недавних европейских выборов, чтобы избежать возможных политических побочных эффектов.

Французские крайне правые: от антисемитизма к поддержке Израиля

Французские ультраправые, которые с момента своего основания под руководством Жана-Мари Ле Пена (Jean Marie Le Pen) в 1972 году исторически ассоциировались с антисемитизмом, с годами претерпели значительную трансформацию. После ребрендинга в 2018 году под руководством Марин Ле Пен “Национальное объединение” перешло на произраильскую позицию. Этот сдвиг предполагает поддержку премьер-министра Израиля Биньямина Нетаньяху и активный отказ от прежних коннотаций с антисемитской риторикой.

Ребрендинг направлен на то, чтобы скрыть прошлое “Национального объединения”, которое когда-то пользовалось поддержкой скинхедов и неонациостов среди своего основного электората. Например, Мейер Хабиб (Meyer Habib), депутат от “Республиканцев”, представляющий французских граждан в Израиле, сыграл важную роль в привлечении внимания к “Национальному объединению” и демонизации левой оппозиции.

Ребрендинг крайне правых оказался эффективным как в идеологическом отношении, так и с точки зрения общественного восприятия. Жордан Барделла (Jordan Bardella), протеже Марин Ле Пен во французской политике, широко представлен на таких платформах, как TikTok и Instagram*. Хотя 28-летний Барделла молод и неопытен в политике, он воспользовался обширным медиакоучингом, повысившим его привлекательность в глазах французской молодежи, которая разочаровалась в традиционных политических фигурах.

Неожиданное возвращение

Французские крайне правые, пользующиеся большой благосклонностью, побудили многих политических деятелей объединиться. Недавно сформированная левая коалиция, известная как “Новый народный фронт”, объединяет социалистов, зеленых, коммунистов. Этот неожиданный альянс представляет собой последнюю возможность предотвратить правление ультраправой администрации во Франции. Если во втором туре парламентских выборов “Национальное объединение” получит абсолютное большинство в Национальном собрании, то Макрону, возможно, придется разделить власть с крайне правым правительством – впервые со времен вишистской Франции.

Франция, готовящаяся ко второму туру выборов и их возможным последствиям, находится на очень важном этапе своей политической истории. Меняющиеся политические предпочтения избирателей, стратегические альянсы и идеологические трансформации подчеркивают высокие риски, с которыми сталкивается французская демократия. Пока неясно, изменит ли подъем крайне правых французский политический ландшафт, превратит ли французскую оппозицию в грозную силу. Решения, которые будут приняты в ближайшие недели по итогам всеобщих выборов во Франции, не только определят курс французской администрации, но и в то же время будут иметь в более широком смысле глубокие последствия в Европе и глобальном контексте.

Автор: Тарек Черкауи (Tarek Cherkaoui)

* Деятельность Meta (соцсети Facebook и Instagram) запрещена в России как экстремистская



"Ты выбрался из грязи в князи, но быстро князем становясь. Не позабудь, чтобы не сглазить. Не вечны князи-вечна грязь. Омар Хайям"

"Я ошибался, но я никогда не допускал ошибки, утверждая, что никогда не ошибался." Джеймс Гордон Беннетт

Related posts